Автор
Их встречали неясным теплом, как мистическая тень, застилающая бескрайние просторы. Каждый шаг в заброшенной хижине был знаком откровения, где восходящее солнце превращалось в последний шепот Бога. Отсюда начиналась встреча между двумя душами, ожидавших своего часа.
— Макензи, суд не для того, чтобы уничтожать, а для того, чтобы исправлять.
Мак улыбнулся.
— Я больше не чувствую себя увязнувшим в грязи.
Она легонько подтолкнула его к краю водопада, и он снова увидел Иисуса и всех остальных, запускающих камешки.
— Кажется, тебя кое-кто ждет.
Ее руки чуть сжали его плечи, а затем исчезли, и Мак понял, не глядя, что она ушла. Осторожно перелезая через скользкие валуны и ступая по мокрым булыжникам, он нашел тропинку в обход водопада и сквозь освежающую завесу водяных брызг выбрался к свету дня.
Изможденный, но совершенно удовлетворенный, он постоял немного, закрыв глаза, стараясь запечатлеть в душе образ Мисси до последней детали, чтобы потом была возможность в любой момент вернуть ее обратно, всю, до последней черточки, до последнего жеста.
И внезапно он очень сильно заскучал по Нэн.
Глава 12
Во чреве китовом
Люди никогда не вершат зло в такой полноте и с такой готовностью,
как когда делают это из религиозных побуждений.
Блез ПаскальСтоит уничтожить Бога, и Богом станет правительство.
Г. К. ЧестертонВозвращаясь к берегу озера, Мак вдруг понял, что ему чего-то не хватает. Его вечная спутница, Великая Скорбь, исчезла. Как будто ее смыло брызгами, пока он выбирался из водопада. Отсутствие Скорби воспринималось как-то странно, ему было даже не по себе.
«Привычное — это миф», — подумал он.
Великая Скорбь больше не будет частью его существа. Он знал теперь, что Мисси это не огорчит. В самом деле, она вовсе не хочет, чтобы он закутывался в этот саван, и будет горевать, если он так поступит.
"Дойдя до края поляны, он увидел, что Иисус ждет его, продолжая кидать камешки в озеро.
— У меня рекорд — тринадцать «блинчиков». — Смеясь, он двинулся навстречу Маку, — Но Тайлер обошел меня на три, а Джош запустил один с такой скоростью, что мы все сбились со счета. — Они обнялись, и Иисус добавил: — У тебя совершенно особенные дети, Мак.
Простота и душевность, с какой Иисус говорил о его детях, глубоко тронула Мака.
— Значит, они ушли?
Иисус отстранился от него и кивнул.
— Да, вернулись в свои сны, за исключением, разумеется, Мисси.
— А она… — начал Мак.
— Она была рада быть с тобой рядом, и еще она в восторге от того, что тебе лучше.
Маку было нелегко держать себя в руках. Иисус понял и сменил тему.
