Автор
Калифорнийская жизнь, веселье и трагедия: таковы первые вдохновляющие страницы "Хлеба с ветчиной". Книга захватывает читателя от легендарной вечеринки до ярмарок скачек и до самого Перл Харбор, оставляя память об эпических путешествиях души и тела. 244 страницы — всего лишь начало великой истории, запечатленной Буковски на бумаге....
Мать заплакала. Отец поволок ее к нашему «форду» десятилетней давности. А я стоял и смотрел, как мимо меня проносились другие семьи выпускников в новеньких автомобилях.
Подошли Джимми Хэтчер с матерью.
— Погоди-ка минутку, — сказала Клер сыну, — я хочу поздравить Генри.
Джимми отошел, а Клер придвинулась ко мне и заговорила тихо, чтобы он не мог услышать:
— Послушай, Генри, со временем ты захочешь получить настоящую аттестацию. Я могу выдать тебе твой мужской диплом.
— Спасибо, Клер, скоро увидимся.
— Твои яйца взорвутся.
— Я не сомневаюсь в этом, Клер.
Она отошла к Джимми, взяла его под руку, и они пошли дальше.
Подкатила наша развалюха, остановилась возле меня. Двигатель чихнул и умер. В кабине рыдала мать, огромные слезы катились по щекам.
— Генри, садись! Прошу, залезай! Отец прав, но я все равно люблю тебя!
— Я пойду пешком.
— Нет, Генри, садись, — завывала мать. — Садись, или я умру!
Я подошел, открыл заднюю дверцу и забрался в кабину."
"Двигатель снова ожил, и мы тронулись. Итак, Генри Чинаски — выпускник средней школы 1939 года — ехал в светлое будущее.
46
Времена оставались тяжелыми, и поэтому я очень удивился, когда раздался звонок из компании Мирз-Старбак, и меня уведомили, что в понедельник я должен явиться на работу.
Наступил понедельник, и я отправился на работу с бутербродами в коричневом бумажном пакете. Универмаг находился всего в нескольких кварталах от моей бывшей школы. Я все еще прибывал в недоумении, почему выбор пал именно на меня.
После получения первого чека я рассчитывал снять себе комнату в центре города рядом с публичной библиотекой.
