Автор
Калифорнийская жизнь, веселье и трагедия: таковы первые вдохновляющие страницы "Хлеба с ветчиной". Книга захватывает читателя от легендарной вечеринки до ярмарок скачек и до самого Перл Харбор, оставляя память об эпических путешествиях души и тела. 244 страницы — всего лишь начало великой истории, запечатленной Буковски на бумаге....
Я лежал в постели, сквозь окно светило солнце, и это было приятно. Доктор улыбнулся мне, сестра выпрямилась и тоже улыбнулась. Мне определенно нравилось здесь.
— У тебя есть имя? — спросил доктор.
— Генри.
— Генри, а дальше?
— Чинаски.
— Поляк, да?
— Немец.
— Почему никто не хочет быть поляком?
— Я родился в Германии.
— А где ты живешь? — спросила сестра.
— У родителей.
— Вот как? И где же это? — спросил доктор.
— А что случилось с моими локтями и коленями? — поинтересовался я.
— Тебя сбила машина. Хорошо, что колеса прошли мимо.
— А у вас красивая медсестра, — сказал я доктору.
— Спасибо, — улыбнулась сестра.
— Хочешь пригласить ее на свидание? — спросил доктор.
— А что это?
— Ну, ты хотел бы погулять с ней?
— Я даже не знаю, смогу ли я сделать это. Я же еще маленький.
— Сделать что? — удивился доктор.
— Ну, сами знаете.
— Ладно, — рассмеялась сестра, — встретимся, после того как твои колени заживут, и посмотрим, что мы сможем сделать.
— Прошу прощения, — сказал доктор, — но я должен идти осмотреть следующего пострадавшего, — и вышел из палаты.
— Так теперь скажи мне, на какой улице ты живешь? — спросила сестра.
— Вирджиния Роуд.
— А какой номер, мой сладкий?
Я назвал номер нашего дома. Она спросила еще про телефон. Я сказал, что есть и телефон, но номера я не знаю.
— Ну, ничего, — сказала сестра, — мы и так найдем, где это. А ты не волнуйся. Все обошлось.
Сестра действительно была очень красивой и доброй, но я знал, что как только мои колени заживут, она не захочет встречаться со мной.
— Я хочу остаться здесь, — промямлил я.
— Что? Ты не хочешь возвращаться домой к родителям?
— Нет. Оставьте меня здесь.
— Мы не можем сделать этого, мой сладкий. Эти кровати нужны другим людям, кто по-настоящему болен или ранен.
Она еще раз улыбнулась и вышла.
Когда отец узнал, где я нахожусь, он примчался в больницу, вихрем ворвался в палату, выхватил меня из кровати и поволок к выходу.
— Щенок! Сколько раз я учил тебя, что перед тем как перейти улицу, нужно посмотреть в ОБЕ стороны?
Он нес меня через холл больницы, когда нам навстречу попалась сестра.
— Прощай, Генри, — сказала она.
— Прощайте, — ответил я.
Мы вошли в лифт вместе со стариком на инвалидной коляске, которую толкала санитарка. Лифт пополз вниз, и старик забормотал:
— Я думал, что умираю.
