Хмель свободы — читать онлайн бесплатно полностью

– Зачем? У тебя гуляйпольцы, и у меня гуляйпольцы. Будем вместе воевать. Ты своими командуешь, я – своими. А бои покажут, кто из нас лучший командир.

– Согласный. В боях я никому не уступаю, – сказал Федос. – Проверено и печаткою проштемпельовано! Спроси хоть у Калашныка чи у Каретникова. Ты ж им доверяешь?

– А зачем спрашивать? Увидим. Жизнь покажет. – Махно узлом завязал верболозину и затем резко, с силой отбросил ее. – А может, ще вражеска пуля нас когда-нибудь рассудит…

Щусь улыбнулся. Красавец и смельчак, он сейчас, после первых боев, не боялся ни черта, ни смерти и был убежден в своей правоте. Вот только ирония Нестора раздражала и смущала морячка.

Глава девятнадцатая

Как огненный и кровавый смерч, пронеслись Нестор Махно и Федос Щусь по Александровскому уезду. Похоже, они соревновались в смелости, отваге и… в крайней жестокости. Чужая, «вражья» кровь – гетманцев, оккупантов, панов – ударяла в голову, пьянила.

Даже самые отчаянные хлопцы опасались этого странного дуэта командиров. Объединенный отряд то ударял одним кулаком, с размаху, по разъезду варты, а то, разделившись на несколько групп, путая следы, жег усадьбы и беспощадно вырезал семьи сразу в нескольких местах. Уезд-то большой: от Александровска до Веремеевки, с запада на восток, сто верст, а от Павловки до Новоспасовки, с севера на юг, и того больше. И если случалось залететь в соседние уезды Екатеринославщины, так еще лучше, совсем сбивали с толку погоню.

Нестор наслаждался своим беспощадным к действующим лицам театром, где он был и режиссером, и актером и где причиной провала кровавого спектакля могла стать только его собственная гибель. Он непрестанно переодевался, менял «чины» и «звания», был то гетманцем, то германским уланом, то австрийским военным чиновником, то мадьярским латифундистом. Костюмерная сама шла ему навстречу по пыльным шляхам, а сценой служила вся необъятная таврическая степь с ее балками, плавнями, речками.

Переодевшись, не раз он заезжал в дальние усадьбы, где еще не знали о том, что случилось с Данилевскими. И оставлял после себя лишь пепел. Начальника местной варты, сотника, который принял махновцев за мадьярских гонведов, карателей, Нестор приказал повесить на самом высоком кресте местного кладбища. На старых козацких могилах ставили кресты из мореного дуба, ванчеса, очень высокие и крепкие… На таком и четверых гетманских сотников можно было пристроить в петлях.

Сбитые с толку, мечущиеся, раздосадованные неудачами и нагоняями от начальства, каратели мстили крестьянам. Налагали огромные штрафы на крестьян первого попавшегося на пути села, секли до полусмерти шомполами, конфисковывали скот и зерно «в пользу Германии». Кое-кого арестовывали и увозили, после чего человек исчезал бесследно.