Автор
В громком мужском голосе разливался протест против принадлежности этого дома той самой дамы. Она стояла на коленях, покрывая лицо горькими слезами, как будто отчаянно пытаясь убедить собственных родных в ее праве жить здесь. В таверне царил беспокойный шум, а зеленистые стены сияли светом извне, создавая насыщенный мир вокруг неё....
Не удивительно, ведь здесь должны были храниться продукты на большое количество людей, судя по числу комнат на втором этаже.
На стеллажах, которые я уже видела, хранилось несколько мешков с различными крупами, сухофруктами, бобами, маленькие мешочки с разными травами, глиняные крынки с растительным и топленым маслом, как ни странно, даже не пахли затхлым. А в тряпице лежало вяленое мясо.
Дальше, за стеллажами, на невысоких поддонах стояли мешки побольше, как оказалось с мукой, правда с ржаной, но тоже не плохо.
А в самом дальнем углу стояли высокие сосуды с длинным горлышком, судя по всему, амфоры или похожие на них, правда пустые. Возможно, раньше там хранили какие-то вина или напитки. А вот за ними скромно спрятались овощи, правда, судя по сморщенному виду, большинство из них свежестью не отличались.
Несмотря на их незначительные отличия по цвету от привычных земных, все же я могла с уверенностью сказать, что все они мне знакомы. Жаль, но большую часть придется выбросить.
Порадовало то, что все крупы были относительно свежими, во всяком случае, тщательно проверив все, кроме меда, я была в этом полностью уверена. Да и времени у меня было полно, пока не закипит вода, хотя пить хотелось не меньше, чем есть.
Прихватив мешочек с пшеном, ну или чем-то похожим на пшено, маленький с солью и крынку с топленым маслом, осторожно поднялась по лестнице.
К тому времени, как я появилась на кухне, вода в самоваре уже закипела. Отлив немного в кружку, чтобы остыла, промыла крупу в глубокой миске. Нашла самый маленький чугунок из всех имеющихся, засыпала в него пшено, ложку топленого масла и чуть подслив, налила воды.
Пока мой обед или скорее ужин, готовился, я села на табурет и задрала подол платья, пытаясь понять, из-за чего же он такой тяжелый. Пришлось воспользоваться корявым ножом, потому что ножниц я здесь не видела, а искать сейчас их не хотелось. Каково же было мое удивление, когда из подшитого подола на пол посыпались монеты, а когда я подняла последнюю, то в потайном кармане обнаружила еще пару серег и браслет.
