Автор
Паулина – еще раз повторяет: последний срок для заселения был в понедельник. Сегодня четверг, завтра — первый сентября! Как она вообще может так думать? Я застаиваюсь на пороге комендантской каморки, ожидая решения этой абсурдной ситуации.
Не удивлюсь, если с таким характером он совмещает оба варианта.
– Можешь на моей кровати спать, – тем временем великодушно предлагает Волков, закатывая по локоть рукава тонкой водолазки, – я, если ночью приду, на кухне завалюсь тогда, окей?
– Окей… – от неожиданности подвисаю с тарелкой в руках. Наши взгляды встречаются, и этот контакт неконтролируемо прошивает меня жарким микротоком. – Спасибо, – бормочу, розовея.
– Не за что. Ну все, пока.
Отталкивается от дверного косяка в направлении выхода, но неожиданно снова поворачивается ко мне, доставая из кармана телефон и уточняя:
– Тебе же по номеру можно перевести?
– Да…– я не успеваю договорить, как на карту мне падает пять тысяч, о чем сигнализирует пришедшее сообщение.
Что? Зачем? Ошалело смотрю на парня.
– Это на продукты, закажи с доставкой, – поясняет он, пожимая плечами, – сама там выбирай, мне пофигу. Главное, чтобы съедобное было. И…– вскидывает руку и шкрябает себе затылок, по-ребячески улыбаясь, – и что-нибудь сладкое там. Булочки, слойки можно.
Волков исчезает раньше, чем я успеваю еще хоть что-то сказать, и в квартире тут же повисает давящая тишина. Становится пусто, неуютно и прохладно без сильной взрывной энергетики хозяина дома. А может быть, я просто устала за этот бесконечный, насыщенный день."
"Заканчиваю с посудой, опускаю взгляд на пол. Не сказать, что в этой комнате свинарник, но помыть не мешало бы. С этой мыслью бреду в ванную в поисках ведра и тряпки, и в итоге занимаю себя почти до десяти, приводя в относительный порядок Пашин дом.
Интересно, Простосоня приходит к нему? С ней он эти презервативы потратил?
Ну что я как маленькая?!
«Ну конечно приходит», – отвечаю сама себе, закатывая глаза.
Мне немного сложно представить, как эта Барби ополаскивается после ночи любви в заляпанном краской тазу, но не исключаю, что Волков наводит марафет в квартире ради нее. Чтобы принцесса страстно стонала не в интерьере начала двухтысячных.
Почему-то от этих мыслей желание убирать мгновенно пропадает.
