Автор
Паулина – еще раз повторяет: последний срок для заселения был в понедельник. Сегодня четверг, завтра — первый сентября! Как она вообще может так думать? Я застаиваюсь на пороге комендантской каморки, ожидая решения этой абсурдной ситуации.
На автомате! Собираюсь подуть на рану в тот момент, когда Волков возвращает свое тело в исходное положение,
и мы застываем в каком-то миллиметре друг от друга. Смотрим друг другу в глаза, задержав дыхание. Но я все равно чувствую исходящее от мужского сильного тела тепло и горьковатый фантомный вкус на своих приоткрытых губах. Мне надо отпрянуть, увеличить расстояние между нами, прекратить этот безмолвный, но такой будоражащий контакт, но я не могу. Пашин взгляд медленно перетекает на мои губы, он нервно облизывает свои и снова смотрит мне глаза с каким-то совершенно пьяным выражением на лице.
– Знаешь, наверное, это даже к лучшему. То, что я видел – Софию с другим… Только царапает, что этот кто-то мой лучший друг, – хрипло, на грани слышимости шепчет мне Волков. – Но мне надо было это увидеть.
– Зачем? – так же беззвучно отзываюсь я, выдерживая его затуманенный взгляд.
– Чтобы понять…– он чуть хмурится, делая паузу. Вновь завороженно косится на мои губы, которые от этого жарко покалывает, – …что на самом деле не осталось ничего.
Я шокировано распахиваю рот, а в следующую секунду уже беспомощно мычу что-то нечленораздельное, потому что Волков одним резким движением притягивает меня к себе, усаживая сверху на свои колени, и жадно целует, сминая мои губы своими.
Железный вкус его крови ударяет по рецепторам, смешиваясь с нашей слюной. Его язык бесцеремонно толкается в глубину моего рта и начинает там хозяйничать, требуя ответа и подчинения. А у меня внутри обрывается все от взрывных шквальных эмоций, потому что никогда… Никогда еще меня так не целовали. Так, что дышать невозможно, что тело бросает в странный жар, волнами гуляющий по нервным окончаниям и оседающий внизу живота тянущей тяжестью, что хочется скулить, льнуть и извиваться.
Паша настойчиво вовлекает мой язык в эту пошлую игру, и я, тихо всхлипнув, сдаюсь и робко отзываюсь. Сквозь бешеный стук сердца в ушах, слышу, как он удовлетворенно стонет в ответ. Перехватывает одной ладонью мой затылок, не давая увернуться, запускает пальцы в волосы, растрепав гульку.
