Автор
В розовых очках мужчины и его англичанка по имени Кира, сидящие за столом, настолько напряжены, что воздух между ними кажется плотным газом. Кирилл тщательно контролирует свой тон, готовясь к важному разговору о том, как управлять домом и отношениях с появившейся подругой....
— Ага… Справа, Кир! Осторожно!
— Лежи!
— Все уже?
— Идем…
— Кир? — только его имени и вопросительной интонации хватает, чтобы он понял, что я дальше хочу сделать.
— Давай, — дает добро, и я выбегаю из укрытия, чтобы выманить ботов.
Когда прыгаю за сваленную на пол балку, Кир половину уже отстреливает. Быстро справляемся с остальными и, наконец, направляемся в главный зал. Там на удивление совсем мало ботов-охранников оказывается. Справляемся и с ними.
Застываем перед рычагом, который должен провернуть один из нас, чтобы выбросить с внешней стороны флаг своей команды.
— Центурион? — зовет Кир тише, чем до этого.
Я лишь откашливаюсь.
— Вареник…
Ничего сказать не могу.
И тогда Бойко, точнее его персонаж, направляет на меня винтовку. На автомате вскидываю свои пистолеты. Держу его на прицеле, а он меня. Слушаю его дыхание и сама дышу все чаще.
— Ты же не выстрелишь мне в рожу? — выдыхает Кир отрывисто. — Я тебя…
Не знаю, что он хочет сказать, потому что… Я вдруг очень боюсь того, что выстрелит он.
28
Даже такие милые зверушки, как ты, могут снести башню.
Блядь, только такие и могут…
© Кирилл Бойко
Мало того, что Чара как-то тупо вылетел из игры, будто умышленно самоубился, так еще свезло остаться один на один с Любомировой. То, что она единственная из всех добралась до третьего этажа, само по себе впечатляет. Возможно, пришло время признать, что Центурион рубит в игре круче, чем все, с кем мне приходилось сталкиваться?
Любого другого противника вальнул бы без раздумий.
— Ты же не выстрелишь мне в рожу? — выдыхаю отрывисто. — Я тебя… — сам не осознаю, что хочу сказать.
Наверное, стоит предложить оставить все как есть, и позволить системе считать по очкам, хоть это и против канонов.
На несколько секунд дышать прекращаю. Тупо пялюсь в залитый красным туманом экран.
Я проиграл?
Я проиграл…
Она, блядь, убила меня…"
"Она, мать вашу, меня убила…
С трудом выдыхая, срываю с головы наушники и очки. Подрываюсь на ноги, не помня себя от гнева, рассекаю зал в поисках красной секции.
Когда вижу Любомирову, в груди что-то взрывается.
