Автор
Диана — решает проблему заказчика и требует семью ночами в обмен. Изумление и сомнение окружающих смешиваются с желанием уладить дело за семь миллионов. Лицо её друга-отца стало жёстче, черты острее, словно прорезавшиеся благодаря страстям и бедам, к которым она теперь готова обратиться....
— Тебе и не нужно о препятствиях думать. Главное, что твои родители были счастливы и в целом мире им хватало того, что есть. Разве это не счастье?
— Ох, не знаю. Возможно, и есть счастье. Но я бы вряд ли смогла довольствоваться тем, что есть сейчас у меня.
Хан не скрывает своего влечения ко мне.
Теперь я точно знаю, что нам вместе может быть очень хорошо: в постели, в общении, во многом, но есть одно «но».
Он женат, и у него есть сын, которого Хан не собирается оставлять без отца.
— Всё или ничего, — хмуро повторяет Хан слова, сказанные накануне.
Я выбираю ничего. Другого варианта нет…
Темирхан
Диана сидит рядом — желанная, взбалмошная, неразгаданная.
Моей стала. Целиком, как давно того и хотел.
От мысли, что я стал её первым мужчиной, в груди разгорается сильнейшее пламя, которое разгорается всё сильнее и сильнее, а в нём всё становится пеплом и золой — намерения, планы, мысли, что не связаны с ней.
Всё кажется трухой и тленом, а она — как смысл всего и даже дышать хочется больше и чаще.
Дочь друга осторожно посматривает в мою сторону и колет каждым взглядом словно тысячами иголочек.
Зачем соврала о том, что больше не девственница?
Я обещал ей особенный первый раз, самый лучший, а в итоге она поступила по-своему и лишила меня такой возможности.
Упрямица.
Как же сильно от неё крышу сносит, чувствую себя пацаном, у которого впервые и сильно мужской интерес проснулся к понравившейся девчонке.
Только мой интерес не мутнеет и не тускнеет.
С годами ничуть не уменьшился, а сейчас разросся до размеров стихийного бедствия и сносит разумные мысли ураганом.
Ещё и это кретинское условие с семью ночами…
Мне целой жизни будет мало, чтобы ей насладиться, а тут всего семь долбаных ночей!"
"С тоской смотрю на тонкий профиль Дианы с пухлыми губами, которые она сейчас соблазнительно покусывает. От волнения?
— Чем ты сейчас занимаешься? — вырывает из мыслей.
— Я…
— Да, ты сильно изменился. Стал большим боссом?
Усаживаюсь поудобнее. Кожаная куртка поскрипывает на широких плечах.
Рассказать ей о том, кем я стал? А тем, кем не стал — её возлюбленным мужем и, возможно, отцом наших детей…
— Да, у меня есть бизнес. Свой.
— Я думала, ты бизнесом брата занялся.
— Занялся, конечно. Но это же бизнес Карима, а не мой. Я там просто управляющий. По доброй памяти о брате и ради его четверых детей.
— И ради его жены, — невзначай добавляет. — Ты и с ней трахаешься?
— Ты соблазнительно говоришь слово «трахаться». Скажи ещё? — прошу.
