Автор
Соня вздыхает, глядя на родной город за иллюминатором самолета, словно завороженная воспomинаниями о прошлом. Ее сердце колотится от волнения и радости встречи с друзьями. Однако повод к приезду не слишком веселый — он связан с важным решением, которое она днем наперед не могла быть уверена в правильности. Внезапно женщина рядом выкрикивает предупреждение о спешке, отвлекая Соню от мечтаний....
Похоже, «Хочу тебя навсегда» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это происходит снова. Он прижимает меня к себе, шумно и часто дышит. Толстый стокилограммовый мужик, который прямо сейчас вызывает у меня рвотные спазмы.
— Тише ты. Мать только что уснула, — хрипит Роман Геннадьевич. — Ты же не хочешь её разбудить?
Глава 11
* * *Я замираю и не дышу, когда свободная ладонь Романа Геннадьевича опускается на мою грудь и скользит ниже. Страх парализует тело, а сознание упрямо отказывается верить в происходящее. Кажется, что это сон. Дурной кошмарный сон, из которого я вот-вот проснусь и всё будет как прежде.
Но этого, конечно же, не происходит. Идут секунды и минуты. Отчим продолжает довольно кряхтеть над моим ухом, приговаривая, чтобы молчала. Он жутко воняет. Потом, алкоголем, сигаретами и едой. Возбуждённо оглаживает моё тело и вжимается в спину. Более мерзких чувств я никогда в своей жизни не испытывала. Кажется, будто меня макают в грязь. Мерзкую, липкую, тошнотворную. От которой я никогда не отмоюсь. И я барахтаюсь в ней, захлёбываюсь и почти тону. Боже…
Внутренности выворачивает наизнанку, тело дрожит.
— Тш-ш, спокойно, София, — произносит обманчиво-спокойным голосом Роман Геннадьевич. — Не бойся меня.
Хочется отвесить ему пару ласковых слов, резко перекинуть через плечо и напоследок заехать ногой в пах, как делают в фильмах. Но это оказывается не так-то просто, учитывая колоссальную разницу в весе между мной и отчимом.
Опустив взгляд, я наблюдаю как вода продолжает лить из крана. Пальцы Романа Геннадьевича пытаются справиться с пуговицей на моих джинсах. Достаточно успешно. Мозг начинает соображать, хотя ужас по-прежнему расползается под кожей и не отпускает. Моё внимание привлекает вилка… Да, самая обыкновенная грязная вилка, лежащая на дне раковины. Пазлы складываются, в голове щёлкает.
Я перестаю трепыхаться, отчим же довольно усмехается. Наверняка думает, что я смирилась со своей участью, расслабилась и даже получаю удовольствие."
"Его рука на моем животе медленно опускается к лобку. Замирает. Роман Геннадьевич хрюкает от нетерпения. В этот момент я хватаю вилку и со всей силы вонзаю в тыльную сторону его толстой ладони.
Уши закладывает от громкого крика, в висках пульсирует. Адреналин разгоняется в крови. Я зажмуриваюсь и отпрыгиваю в сторону.
