Автор
Встретив звук стука лодки по воде и громкого выкрика из каюты, я вдруг оказался на корабле, полном незнакомых людей. Там все были спокойны, хотя шум волн не унимался, словно обещая раздавить каждый из нас под тяжестью своей. Проведя несколько недель на этом корабле, я начал осознавать, что каждый здесь — жертва страшной борьбы за выживание....
Ксан, а ты сама хочешь с ними знакомиться? Не потому что надо и деваться некуда. А вот именно ты хочешь знать эту часть своей семьи?
— Всё-то ты понимаешь! — ворчала я, утыкаясь лицом ему в плечо. — Не знаю. Я всегда так открещивалась от отца и всего, что с ним связано… А сейчас… Они-то, получается, меня считают своей, раз Лейла рискнула заступиться. И мне кажется, я слышала их голоса после…
— Да, когда я спустился за тобой, и услышал, что ты меня зовёшь, вся вот эта компания была там. Пытались помочь, чем могли.
— Там был какой-то гром, и я почему-то подумала, что это ты пришёл. Вот была уверена. — Улыбнулась я, и тут же желание веселиться пропало. — Но тогда выходит, что и то, что я слышала раньше, тоже правда? Что жена моего отца извела остальных жён и детей?"
"— Этого мы, к сожалению, не узнаем. Но результат… — пожал плечами Тайгир.
— Но если у отца были такие проблемы, то теперь он всё это, получается, свалил на тебя? — дошла до меня неожиданная мысль.
— Для меня это не такие существенные проблемы. Основным камнем преткновения всех вопросов были земли, принадлежавшие твоему отцу. Но пока там осматриваются Агировы. Кайрат предлагает устроить там курортную зону. — Успокоил меня Тайгир. — Даже те, кто устроил войну с твоим отцом, не потянут сразу противостояние с Тахмировыми и Агировым. За это не переживай.
— А отец…
— Он предложил прикрыть результат нашего визита пожаром. Понимая, что жить ему недолго, он остался на крыльце своего дома, даже когда уже начинался пожар.
— Фотографии? — удивилась я. — Посмотришь со мной?
— Я буду рад. — Он сам принёс фотографии.
Под обложками фотоальбомов меня ждало неожиданное открытие. Десятки и сотни снимков. Мои, мамины, я с мамой, с бабушкой… И к своему удивлению, фотографии я там обнаружила самые ранние.
— Ты чего здесь такая злая? — улыбается Тайгир, рассматривая моё фото в костюме снежинки, где мне года три всего.
— Мама говорила, что меня нарядили снежинкой, а я хотела быть Бабой-Ягой. И злилась. — Вспоминала я мамины рассказы. — У меня вообще любимым героем была Старуха Шапокляк. Осень элегантная и стильная дама! А это что?
Я рассматривала фотографии и смутные, затёртые временем детские воспоминания появлялись в памяти. Мне четыре года, и мы с бабушкой идём в парк аттракционов.
