Автор
Встретив звук стука лодки по воде и громкого выкрика из каюты, я вдруг оказался на корабле, полном незнакомых людей. Там все были спокойны, хотя шум волн не унимался, словно обещая раздавить каждый из нас под тяжестью своей. Проведя несколько недель на этом корабле, я начал осознавать, что каждый здесь — жертва страшной борьбы за выживание....
Тайгир уселся прямо на пол, и сложил ноги по-турецки. И улыбается! Счастливый и довольный. А я ловлю себя на мысли, что вот нет уже желания плакать и жалеть себя.
В самом деле, чего я решила нюни развесить? Мне ли собственно не знать о периоде заживления любых ран? Только в сказках пошепчут, камешек какой на рану положат и всё, всё цело и невредимо.
— За что? Один маленький незаметный кусь? — ухмыляется он.
И я сама не знаю, чего в этот момент больше хочется. Ударить в отместку или поцеловать. А впрочем… Резко опускаюсь перед ним на колени и впиваюсь зубами в его шею.
Только через несколько дней в доме появляются Лейла и Фируза. Обе приходят в восторг с порога.
— Ничего себе он для тебя отгрохал! — заявляет Фируза, когда мы остались одни. — Большой дом, но мрачный. Камень, черепица, участок рядом, как дикий лес… Да и дом сам какой-то дикий! Не современно выглядит.
Она откровенно высказывает своё мнение, а у меня теплеет на душе, что ей дом не приглянулся.
— Мы ненадолго. Отремонтируем квартиру и переедем. — Смущаясь, говорит Лейла. — И так неудобно.
— Переедем? — удивляюсь я.
— Фируза будет учиться, ей в городе жить проще и удобнее. Да и не одна. И мне с ней веселее будет. А квартира там большая. Три комнаты, два балкона, кладовка и кухня. — Поясняет Лейла."
"— Ооо! Какая там кухня! И балкона там не два, а три.
— Да, можно кухню расширить, а этот балкончик сделать как выделенную обеденную зону. — Улыбалась Лейла.
— А я и по хозяйству помогу, и за мелким присмотрю. Карима-то я нянчила. Ой! А не будет у нас скоро Карима! — рассмеялась Фируза, а я чуть мимо стула не села.
— Что случилось? — не могла я соотнести её радость и смысл сказанных слов.
— Его Роман Александрович будет усыновлять. И Карим выбрал себе новое имя. Будет у нас племянник Кириллом Романовичем. — Сообщила Фируза, осматривая кухню. — А у вас тут кроме тарелок, чашек и вилок-ложек ещё какая-нибудь утварь есть?
— Фируза! Ты бы хоть слова подбирала! Я чуть альбиносом не стала! — испуг проходил, но тревожное состояние так просто уходить не спешило.
