Автор
Встретив звук стука лодки по воде и громкого выкрика из каюты, я вдруг оказался на корабле, полном незнакомых людей. Там все были спокойны, хотя шум волн не унимался, словно обещая раздавить каждый из нас под тяжестью своей. Проведя несколько недель на этом корабле, я начал осознавать, что каждый здесь — жертва страшной борьбы за выживание....
— Оксана, что случилось? — заметила меня проходящая мимо Алина. — Почему ты мнёшься у двери?
— Слушай! — сказала ей шепотом.
— Пошли в мой кабинет. — Буквально утащила она меня, когда очередной пациент послушал уговоры охранника и был готов идти просить, чтобы ему сменили врача.
— Охранник Тайгировых? — припомнила я того бойца.
— Оксана, не делай преждевременных выводов! — начала Алина, пока я вытаскивала из принтера лист формата А четыре.
— А чего тут не понимать? Очень аккуратно и главное действенно решают вопрос.
— Оксана! — попыталась удержать меня Алина.
— Не надо. Вот он ответ на все мои вопросы. Ничего у нас с Тайгиром не выйдет. Я какая есть, ему не нужна, а под идеальную жену в их понимании, я не подхожу. Прощай, ты была классным начальником. — Попрощалась я.
Я возвращалась в мамину квартиру с полным ощущением, что меня уничтожили. Он знал. Знал, что происходит и врал мне в лицо, лицемерно успокаивая.
Я была намерена подписать новый контракт лет на пять и держаться от этого города подальше.
То, что в квартире кто-то есть, я поняла ещё раньше, чем осознала, что незваного гостя выдаёт горький запах мужского парфюма. Я застыла. Но гость не собирался прятаться. Почти сразу зажёгся ночник около дивана, выхватывая из сумрака комнаты мужчину, которого я узнала сразу, даже никогда не видя его в живую.
— Ты слишком подолгу не ночуешь дома, дочь. — Произнёс Рахман Шаркизов.
Глава 14.
— Мы с вами насколько я помню не знакомы, и не постороннему мужику, которого я впервые вижу, упрекать меня где и по сколько времени я провожу. — Вот с кем я не собиралась церемониться, так вот с этим персонажем. — Как вы проникли в чужую квартиру?
— Дерзка и непослушна, всё как и рассказывала мать. — Усмехнулся Рахман. — Ты прекрасно знаешь, кто я такой, и что под характеристику ""посторонний мужик"" я явно не подхожу.
— Ваше участие в моём появлении на свет не отменяет того, что для меня вы чужой человек. Были, есть и будете. — Смотрела я, как он раз за разом просматривает фотографии, которые я нашла под обложкой альбома. — Я вас не знаю, и если честно, узнавать не хочу. Мне это не нужно. Деньги, которые вы переводили на моё воспитание, мама клала на счёт, так что там вся сумма, с процентами.
