В зале полыхнуло пламя сигары полковника, а его тихий потоки смыкались и разбегались под смех Эвадны, приплюснутой перед зеркалом. Холодный взгляд дамы указывал на то, что не все в этой истории просто так сложилось — она чувствовала под собой уверенность, будто сама автор этих событий....
Да, именно он. Сказал мне это, когда доктор Ролф вез нас сюда.
Лицо Дона сморщилось от смущения.
– Это правда, – сказал он писательнице. – Я действительно пересказал старшему инспектору все, что говорилось в гостиной. Я думал, ему следует это знать.
– Молодой человек, вам не за что извиняться, – отозвалась она более мягким тоном. – Я просто люблю устанавливать, кто что сказал и кому.
Затем, плотнее запахнув халат и поежившись, она вошла в помещение и начала бегло оглядывать стоявшие там жалкие подобия мебели.
Секунду-другую Трабшо наблюдал за ней краешком глаза, а затем спросил полковника:
– Вы, случайно, не проверили, – он указал на тело Реймонда Джентри, – содержимое карманов его халата?
– Разумеется, нет. Я уже сказал вам, старший инспектор, что мы ни к чему не прикасались.
Без дальнейших прелиминариев Трабшо нагнулся и засунул руку сначала в левый, а затем в правый карман пропитанного кровью халата Джентри.
Из левого он ничего не вынул. Зато из правого извлек единственный смятый бумажный лист. Он распрямился и, не сказав никому ни слова, невозмутимо развернул этот лист.
На одной стороне были напечатаны на машинке четыре-пять строчек. И несколько секунд он в них вчитывался.
– Ничего, полагаю, относящегося к делу? – спросил полковник, тщетно пытаясь заглянуть в текст.
– Напротив, – ответил Трабшо. – Что-то, имеющее прямое отношение к делу.
Он аккуратно сложил лист и засунул его в собственный карман.
– Скажите, полковник, ваши гости разделяли вашу антипатию к Джентри?
– Все они не терпели этого мерзкого клопика. А почему вы спрашиваете?
– У меня есть свои причины, – неопределенно ответил старший инспектор.
– Вы знаете, Трабшо… – Это вновь вмешалась Эвадна Маунт.
– Да?
– Важнейшие открытия, конечно, хороши, – неукротимо объявила она, – но иногда они оказываются куда менее значимы, чем мелкие странности.
– Мелкие странности?
Проведя кончиком указательного пальца по одной из чердачных половиц, она поднесла подушечку к его глазам.
– Но, – сказал он, вглядываясь в кончик пальца, – я тут ничего не вижу.
– В том-то и мелкая странность, – отрезала Эвадна Маунт.
Глава третья
Внизу, в гостиной, гости Ффолксов выглядели даже еще более растрепанными.
