В зале полыхнуло пламя сигары полковника, а его тихий потоки смыкались и разбегались под смех Эвадны, приплюснутой перед зеркалом. Холодный взгляд дамы указывал на то, что не все в этой истории просто так сложилось — она чувствовала под собой уверенность, будто сама автор этих событий....
Чтобы никто из нас не начал тревожиться, какие полезные намеки и подсказки остальные могут нашептывать ему с глазу на глаз, пусть он будет допрашивать нас всех вместе.
– Всех вместе? – недоверчиво воскликнул полковник. – То есть вы предлагаете, чтобы мы все говорили с Трабшо в присутствии друг друга?"
"– Именно это я и имею в виду. Чтобы мы все присутствовали, когда каждого из нас будут допрашивать. Если скелеты из шкафов придется вытаскивать на всеобщее обозрение, так пусть оно и будет всеобщим. Не сомневаюсь, никому из нас это удовольствия не доставит, но по крайней мере все мы будем в равном положении.
Старший инспектор был явно прельщен этой идеей, однако одновременно его смутило ее новаторство. В течение сорока лет он неколебимо поддерживал закон не только в его величии, но и в каждой его частности, во всех правилах процедуры, практического применения и установлений, а в том, что касалось обучения новым штукам, пожалуй, он был даже более старым псом, чем Тобермори.
– Ну-у-у, право, не знаю, – сказал он. – По моему мнению, это более похоже не на приемы, к которым мы прибегаем в Ярде, а на сцену из романа мисс Маунт.
– Вздор какой! – перебила писательница. – Если вы имеете в виду такую сцену, какую, по-моему, вы имеете в виду, так вы должны знать, что я приберегаю их исключительно для кульминаций. То есть для главы, в которой детектив собирает всех подозреваемых в библиотеке, а затем шаг за неопровержимым шагом демонстрирует, как именно и почему было совершено данное убийство.
Но должна сказать, – продолжала она задумчиво, – по-моему, идея Генри просто отличная. Никто из нас не сможет потом обвинить кого-нибудь в попытке возложить вину не по адресу. Не то чтобы, разумеется, кто-нибудь из нас сделал это. Но с другой стороны, как знать?
– Ну, – сказал Трабшо, – итого «за» – двое. Мисс Резерфорд?
– Я удивлю вас всех, – сказала актриса, – но я «за».
– Почему вы пришли к такому заключению, Кора? – спросил полковник.
– Послушайте, дорогой мой, мы все знаем, что в наших шкафах припрятаны скелеты. Ну и судя потому, как этот вонючка Джентри выблевывал свое протухлое нутро вчера вечером, наши маленькие грязные секретцы практически уже всеобщее достояние, верно?
– Э… ну… да, пожалуй, так.
– Но мои – это грязные секретцы звезды. Они интересны всем.
