В зале полыхнуло пламя сигары полковника, а его тихий потоки смыкались и разбегались под смех Эвадны, приплюснутой перед зеркалом. Холодный взгляд дамы указывал на то, что не все в этой истории просто так сложилось — она чувствовала под собой уверенность, будто сама автор этих событий....
Ведь раз уж мы не годимся, чтобы приглашать нас на коктейли, так не годимся и чтоб нас убивать. Если кто-нибудь из этой шайки наверху возьмет да и убьет кого-нибудь из нас, его подвергнут остроклизьме, верное дело, – а только вот почему, знаете? Не потому, что он совершил убийство, а потому как он перешел границу своего класса!
Вопреки своей неограненной внешности Томелти не страдал отсутствием красноречия.
– Вы можете вообразить, как кто-нибудь из них не пожалел времени и хлопот, чтоб прикончить на чердаке кого-нибудь из нас и представить все так, будто туда нельзя было ни войти, ни выйти? Фига с два! Если когда-нибудь мы получим свое, так добрым старым способом рабочего класса: хлоп по башке, по затылку перед «Псом и селезнем», и наше вам с кисточкой.
– Э-эй! – сказала миссис Варли, разгорячаясь. – Моя добродетель – это мое личное дело, заруби себе на носу. Да будь покойный мистер Варли жив и услышь он такие твои слова, так перевернулся бы в гробу.
– Памятуя, как вы все тут неуважительно про него болтаете, – заметил Читти, – так если кто и поворачивается сейчас в своем гробу, так Реймонд Джентри.
– Так он же еще не в гробу, глупыш, – указала Айрис, припудривая нос розовой пуховкой. – Он там на чердаке, где его нашли. Неприлично, по-моему, бросать мертвое тело, ничем не прикрыв, и вообще!
– Да нет, – неожиданно пропищала малютка Адди. – Так всегда велит полиция, если случится убийство.
– Чего?
– Ничего.
– Ничего? Это как так – ничего?
– Ты не должна ничего делать, совсем ничего. Я в книжке прочитала.
Миссис Варли исполнила то, что в кино называют «дубляжем»:
– Ты прочитала книжку?
– Я прочитала две книжки, миссис Варли, – храбро ответила Адди. – Их мне Джесси отдала, когда уволилась. Вы помните Джесси, мэм? Она еще вышла за сына галантерейщика и съездила на медовый месяц в Грейт-Ярмут.
– О да, – сказала миссис Варли мрачно. – Джесси я помню. И еще я помню, что про Джесси мы тут не говорим.
– Ну так, мэм, Джесси дала мне эти две свои книжки. Очень даже умные. Одна называлась «Вампир пампасов». У-ух, до чего забористая!
– Выражения, Адди, выражения! Здесь не Париж, знаешь ли.
– Извиняюсь, мистер Читти.
– Ну а вторая, милочка? – спросил он.
– Странно так получилось.
