И самое обидное, что она делает это не демонстративно. Мол, ты для меня пустое место. Нет.
Меня действительно для нее больше нет. Она не знает никакого Максима Самойлова. И никогда не знала. В ее дом не приезжал никакой парень. Он не спасал ее от уродов в темном дворе. Он не дарил ей подарок на Новый год. И она ему не дарила. Он не целовал ее так, будто не может без нее жить. И она тоже его не целовала.
Ничего этого не было. Никогда.
С Нового года отчим наконец-то нашёл Кристине водителя, и она стала ездить в школу сама с Викой. Я же продолжал добираться с Егором. К моему счастью, он сам меня об этом попросил. Сказал, что ездить одному ему будет скучно. Я бы без проблем смог ездить и с Кристиной, но я больше не могу быть для нее привидением, которого она не видит. Это оказалось сильнее меня.
С Олей мы в школе наши отношения не скрывали, но и не выставляли сильно напоказ. На всех переменах мы были вместе. Я иногда обедал с ней и ее компанией. Но чаще мы с Олей в столовой садились вдвоём. Я думал, что Кристине будет неприятно это видеть. Наивный. Она бы нас не заметила, даже если бы мы с Олей целовались прямо перед ее глазами.
Я никогда не думал, что безразличие может оказаться сильнее эмоций... Я никогда не думал, что буду мечтать о том, чтобы Кристина еще хотя бы раз окинула меня своей презрительной ухмылкой. Или чтобы посмотрела на меня свысока, как она это раньше всегда делала.
Я был готов на все, чтобы получить от нее хоть какую-то эмоцию. Даже самую негативную. Я мечтал о том, чтобы она меня ненавидела. Потому что ненависть — это тоже чувство.
Но она просто меня больше не видела.
Я пытался отвлечься от мыслей о Кристине с Олей, но получалось очень слабо. Олейникова — прекрасная девушка. Красивая, умная, интересная, с замечательным чувством юмора. Но она не Кристина. От прикосновений Оли по моему телу не проходил разряд тока. От поцелуев с ней по телу не разливалась волна желания. С Олей было хорошо, комфортно, удобно. Но как с другом.
После каждого нашего свидания я возвращался домой, как на каторгу. Потому что знал, что самый главный для меня человек в этом доме, больше меня не видит.
Шли дни, недели, близился уже конец марта, но ситуация не менялась. В какой-то момент я заметил, что Кристины очень часто не бывает дома. Сначала я думал, что она не выходит из своей комнаты специально, чтобы не сталкиваться со мной, но потом заметил, что ее вообще не бывает. Обычно это происходило в дни, когда отчим и мама не могли с нами завтракать и ужинать. Если же родители находились дома, то и Кристина была.
Я стал замечать, что водитель по вечерам не пригоняет ее машину в гараж. Но при этом каждое утро Кристина с Викой вместе приезжали в школу. Может, она стала частично жить у Степановой? Наверное, так и есть.