Сводная сестра Кристина — воплощение холодного совершенства и недостижимой мечты. Её презрительный взгляд сжигает, а безледное сердце манит как магнит. Герой понимает свою недостойность, но не может противиться притяжению. Когда амбициозная красавица начинает идти к своей цели, готов ли он...
Я зашёл в пустой дом и прежде, чем позвонить Егору, направился в комнату Кристины. Я выдвинул последний ящик комода, открыл музыкальную шкатулку, поднял панель с танцующей балериной и достал ключ от сейфа. Направился в ванную девушки, отодвинул крышку унитаза и открыл металлическую дверцу.
Мои подозрения оправдались. Пистолета не было.
Итак, что мы имеем. Кристина довольно часто не живет дома и забрала с собой пистолет. Но при этом отчим знает, где она, и говорит, что с ней все в порядке. В школу Кристина тоже ходит, как ни в чём не бывало.
Интересная ситуация.
Мне, наверное, должно быть на все это по фиг. Но я не могу не думать, где Кристина. Мне жизненно важно знать о ее местоположении. Я всегда должен иметь возможность быстро ее найти. Я не могу спокойно жить, не зная, где она.
Егор приходит через 15 минут после того, как я ему позвонил. Он очень встревожен. Глаза бегают, дышит надрывно. Я спешу его успокоить.
— Слушай, Кристинин отец сказал, что разговаривал с ней. Она в порядке.
— Это прекрасно, но где она? — Кузнецов почти перешел на крик.
— Да какая разница где? Главное, что с ней все хорошо. Завтра в школе наверняка будет.
Даже не знаю, кого этими словами я пытаюсь успокоить: Егора или себя. Кузнецов долго ничего не отвечает, напряжённо думает.
— Что у вас тут было на Новый год? — Неожиданно спрашивает он.
Этот вопрос застал меня врасплох.
— Ээм, да ничего такого. А что?"
"— С Нового года все не так. Кристину будто подменили, — Егор пристально на меня посмотрел.
У меня перехватило дыхание. Неужели друг догадывается? Но это невозможно. Главное сейчас не выдать себя.
— Не знаю, Егор. По-моему, Кристина какой была всегда, такая и есть. — И для пущей убедительности я пожал плечами.
Кузнецов снова задумался.
— А что, по-твоему, в ней изменилось? — Я решил аккуратно поинтересоваться.
Егор молчал, постукивая пальцами по подлокотнику дивана.
— Я не знаю, Максим, — наконец, начал он, — мне сложно объяснить это словами, но я чувствую. Как она говорит, как она реагирует, как она отвечает на вопросы. Она будто мыслями не здесь, а где-то. Как в тумане. — Он снова не на долго замолчал. — То есть, она с одной стороны, такая же, как и была. Но с другой... С другой, это не Кристина. Она будто сломалась.
— Сломалась? — Меня удивило такое описание.
— Да. Будто внутри нее что-то сломалось.
Я молчал.
