Вокруг все выглядело точно так же, как и в начале ее путешествия. Гора. Заснеженные деревья. Заснеженная земля. Ничего не менялось – разве что Анне стало еще холоднее, и ноги у нее промокли сильнее, чем несколько часов назад.
– Снег. Ну почему обязательно снег, – ворчала Анна, проваливаясь онемевшими ногами в очередной сугроб. – Почему не какое-нибудь тропическое волшебство? Посыпала бы берега фьордов белым песочком и…
Выбравшись на невысокий холм на склоне, она умолкла. Вдали, среди снежных макушек деревьев, показалось самое замечательное зрелище в мире – дымок! Ведь где дым, там обычно и…
– Огонь! – завопила Анна, подпрыгивая от восторга.
К сожалению, онемевшие от холода ноги Анны совсем ее не слушались, так что прыжок не удался. Вскрикнув, она упала и кувырком покатилась вниз по склону, остановившись лишь тогда, когда с громким плюхом приземлилась – вернее, приводнилась – в ледяной ручей. Стуча зубами от холода и дрожа, как осиновый лист на ветру, она на четвереньках выбралась из ручья. Так. Она видела дым, значит, где-то рядом здесь есть люди. И может статься, что у этих людей можно как-нибудь согреться.
Поднявшись на ноги и выкарабкавшись из оврага, Анна торопливо зашагала в том направлении, где над лесом поднимался дымок. К тому времени, когда она добралась до большой поляны посреди леса, ее обледеневшее платье стояло колом, а ей самой приходилось время от времени ощупывать лицо руками, чтобы убедиться, что ее нос еще на месте. Посреди поляны стояла небольшая бревенчатая хижина с какими-то пристройками позади. Над дверью покачивалась вывеска: «Торговая лавка бродяги Окена». Осмотревшись внимательнее, Анна невольно просияла при виде еще одной вывески, поменьше, на которой красовалось слово «Сауна». Определенно, она выбрала неплохое местечко для привала.
«Сейчас я зайду в лавку, возьму каких-нибудь припасов в дорогу, может быть, чуток погреюсь в сауне и перекушу…» Она тут же осадила сама себя. Времени нежиться в сауне и перекусывать у нее нет. «Нет, нужно продолжать поиски Эльзы, – решила она, ковыляя к ступенькам у входа в лавку. – Перекушу в дороге. Эльза, наверное, здорово на меня сердится, но не хочет же она, чтобы я совсем оголодала. Возможно, она сейчас не против заморозить меня до смерти, но не уморить голодом».
Осторожно открыв дверь, Анна шагнула через порог. Отяжелевшая от снега дверь захлопнулась у нее за спиной, как следует наподдав ей пониже спины, так что Анна вылетела прямо на середину лавки. «Умею я входить спокойно и с достоинством», – подумала Анна, потирая замерзший, а теперь еще и ушибленный зад. Потом, поеживаясь, огляделась по сторонам.