В эпоху викингов девушка оказывается в суровом мире жестоких законов и беспощадной борьбы за выживание. Её судьба переплетается с судьбой могущественного конунга, от решения которого зависит её жизнь. Среди тайн забытой долины Куинн разворачивается история любви, предательства и поиска...
— Молодая ещё, самой решать, — возразил Кнуд, прерывая мои воспоминания. Мужчина, недовольно зыркнув в мою сторону, требовательно уставился на Хейду и только открыл рот, чтобы продолжить, как вёльва резко оборвала настырного конунга:
— Боги дозволили! И не тебе спорить с богами! — после этого, мужчина, тут же чуть склонив голову, пятясь, скрылся среди толпы, в его след послышались ехидные смешки и нелицеприятные комментарии.
Но вот вёльва ударила в бубен, и как по команде женихи, выбранные девушками, устремились к нам. Два шага… всего два шага оказалось достаточно. Хальгорд осторожно, словно опасаясь, что я исчезну, еле касаясь, взял меня за руки и, не говоря ни слова, смотрел мне в глаза.
Я тоже молчала и слушала странное и не похожее на слова бормотание Хейды, её речитатив то усиливался, то ненадолго замолкал. Пары, стоящие вокруг костра, словно пребывали в трансе, я же с любопытством рассматривала происходящий обряд, впрочем, головой крутить поостереглась.
Через десять минут потока бессвязных для меня слов, Хейда снова ударила в бубен, гортанно выкрикнула, после пламя резко взметнулось к небу и народ, что пришёл засвидетельствовать обряд, радостно взревел.
— Всё, — прошептал Хальгорд, притянув меня к себе, в его глазах было столько нежности и восхищения, что моё сердце радостно забилось, — боги нас благословили, давно я такого высокого пламени не видел.
— Да? — удивлённо переспросила, я была уверена, что Хейда что-то бросила в огонь, отчего он сердито зашипел и взвился ввысь, но говорить об этом не решилась.
— Идём? — спросил теперь уже муж, потянув меня подальше от пылающего костра, — все ушли к праздничному столу.
Оглянувшись, заметила, что у костра действительно остались я, Хальгорд и Хейда, смотрящая на нас немигающим взглядом, в котором полыхал почему-то синий огонь.
— А Хейда? — растерянно спросила, показывая на враз сгорбившуюся бабушку, казалось, она стала ещё старее и выглядела сильно уставшей.
— Её проводят. После общения с богами, она несколько часов приходит в себя, — пояснил Хальгорд.
— Может я помогу?
— Иди, я справлюсь, — прохрипела вёльва, тепло улыбнувшись нам, снова став самой собой, — лес мне поможет, всегда помогал.
— Хорошо, — нерешительно кивнула, оглядываясь на старушку, которая шаркающей походкой, опираясь на двух мальчишек, направилась в сторону леса.
