Я просыпалась на мягкой кроватке, но не сразу поняла, где я находилась. Вдруг очутилась в открытом море, пытаясь скрыть страх и изумление. Спасательный круг был уже далеко за пределами моего поля зрения, когда подплывал неприятно рыкавший мужчина. Я отреагировала несдержанно, ставки на других спасателях. Внезапное нападение пробуждало тревогу и бдительность в этом холодном море....
Основной запас зерна сгорел дотла.
— Халь…
— Я не должен был становиться твоим мужем, моя община обречена, и ты вместе со мной, ты вправе развестись.
— И в горе и в радости, — произнесла, голосом, не терпящим возражения, — так говорят в моей стране, когда становятся мужем и женой.
— Эви…
— Хальгорд, мы справимся вместе, — прервала мужчину, я не хотела больше это обсуждать и вернулась к мучавшему меня вопросу, — ты уверен, что Гудрун? Она живёт в этой общине, зачем ей это надо?
— Оба уже сознались, — злой усмешкой бросил мужчина, — Тирс заметил их тени у хранилища и отправил за помощью, а сам остался наблюдать и всё видел.
— Хм… и они сознались? — с сомнением пробормотала, слова мальчишки против слов двух взрослых человек, один из которых конунг соседнего селения и Гудрун.
— Им не оставили выбора, с нами был Ингвар, а он умеет добиваться правды.
— Ингвар?
— Он тоже был там, помогал тушить и Лейв.
— Что теперь будет с Гудрун и Гисли? И почему они сами полезли, не попросили кого-нибудь? — мне казалось это странным и нелогичным.
— Все попытки Гисли навредить мне были провальными, — горестно ухмыльнулся Хальгорд, — и он решил сам, выбрал подходящее время, а Гудрун обиженная и глупая девушка, жаль… я хорошо знал её отца.
— И что теперь?
— Сегодня до заката светила будет совершён блот, — ответил муж, сжав кулаки, так что костяшки побелели.
— Блот? — с недоумением переспросила, это слово было для меня не знакомым.
— Обряд…, — мрачно пояснил Хальгорд, став в одно мгновение конунгом, помолчав, он хмуро добавил, — их повесят в священной дубовой рощи.
— Что? — потрясённо воскликнула, из моих рук выпала чашка и с грохотом покатилась под стол.
— Это жертвоприношение, чтобы наш поход был удачным, — резко ответил конунг, как будто защищаясь.
— Их лишат жизни из-за поджога? — не веря сказанному, я смотрела на мужчину, который ещё совсем недавно был со мной нежным и ласковым, а сейчас вот так легко лишает жизни двух человек."
"— Они убили конунга Кнуда, он пытался помешать, на свою беду, оказался рядом, возвращался к себе, — зло бросил Хальгорд, — Кнуд хороший конунг и знает, чем грозит людям уничтожение запасов.
— Как? — потрясённо переспросила, ужасаясь страшным поступком Гисли и Гудрун.
— Одна пихнула в спину, второй ударил по голове, перед этим они спорили, — нехотя сказал Хальгорд, ненадолго замолкая, — он упал на вилы… войско Одина пополнилось на ещё одного крепкого воина.
