Первое сентября. Снова ожидание нового учебного года сменилось тоской и грустью, словно окна в школьном здании застыли в прохладе. Моя щека покрылась слезинкой, но горечь не так легко смирилась с новым учебным годом.
Джордан подбадривающе улыбнулся и с его пальцев сорвались серебристые магические нити, которые оплели меня и проникли под кожу. Голова заработала намного яснее, а сердце перестало колотиться о ребра, подобно обезумевшей в клетке птице.
— И не собирался.
Стоило прозвучать этим словам, как в Лукаса-младшего полетел огромный, переливающийся всеми оттенками радуги, шар. Удар был настолько стремительным, что я не заметила, который из таргеринцев его нанес. Из-за неожиданности целитель не успел даже сплести охранный щит.
— Нет! — закричала я, глядя, как его обмякшее тело сползает по стене, и уже в следующую секунду выхватила из лифа стеклянный флакончик. Однако едва занесла руку для броска, она онемела.
— Юная леди, советую вам оставить любые попытки навредить нам, — проговорил таргеринец, изъяснявшийся еще четверть часа назад на незнакомом языке.
— Какой прекрасный спектакль вы разыграли, однако, — недовольно фыркнула я, когда мужчина отобрал у меня пузырек с экспериментальным зельем.
— О вас я могу сказать то же самое.
Оцепенение не спадало. Я так и стояла с замерзшей в воздухе рукой, не имея возможности вытянуть другой флакон. И от этого ужасно злилась. А таргеринец тем временем потерял ко мне всякий интерес и сосредоточил внимание на Лукасе-младшем, пребывавшем в бессознательном состоянии. Мой личный враг указал напарнику на целителя, отдал ему какую-то команду на родном языке, после чего тот склонился над Джорданом и потянул его за руку на себя.
— Не трогайте! Куда вы его тащите?"
"На мои выкрики никто не отреагировал. Подловчившись, таргеринец слегка приподнял несчастного целителя и исчез с ним в портале в неизвестном направлении.
— Ему срочно нужна помощь!
— Ничего с вашим напарником не станется. Как и с вами, если будете неукоснительно выполнять мои команды.
— Слабо верится. Вам свидетели не нужны, — собственная фраза заставила пульс участиться.
Я прекрасно осознавала свое положение и молилась про себя, чтобы Винсент почуял неладное и пришел на выручку.
— Мы никого не собираемся убивать. Тем более такую красивую девушку, — мужчина протянул руку к моим волосам и приподнял прядь, а затем намотал ее вокруг пальца. — Это наши, внутренние разборки, и вас они никоим образом не касаются.
Как же мне хотелось двинуть нахалу коленом между ног, чтобы ему неповадно было больше ни к кому прикасаться.
