Первое сентября. Снова ожидание нового учебного года сменилось тоской и грустью, словно окна в школьном здании застыли в прохладе. Моя щека покрылась слезинкой, но горечь не так легко смирилась с новым учебным годом.
Будто здесь прошла битва не на жизнь, а на смерть. Хотя, возможно, так оно и было. Набрав в легкие побольше воздуха, тихонько отозвалась:
— О мертвых говорят либо хорошо, либо ничего. Следовательно, мертвая адептка — хорошая адептка. К тому же, будучи неживой, я перестану досаждать вам и крушить академию.
— О своем участии в подобных операциях можешь позабыть навсегда, — решительно заявил он.
— Но…
— Только через мой труп! А трупов у нас и так достаточно, — судя по его словам, таргеринцам все же не удалось отсюда выбраться.
— Да.
— Замечательно.
Винсент построил портал, аккуратно просунул правую ладонь мне под шею, ощупал ее и подхватил меня на руки. Запах больницы ударил в нос. Белоснежные потолки и стены вызывали резь в глазах.
— Что с ней? — услышала я женский панический голос рядом с собой. Хвала магам, не Аурелии.
— Скорее всего, сотрясение.
— Что ж за день-то сегодня такой?! — запричитала целительница и велела Винсенту следовать за ней.
""Сумасшедший"".
Стоило ректору положить меня на кушетку, как в помещение ворвался глава больницы. Видимо, он заметил нас в коридоре. Или же кто-то успел донести.
— Эмилия? Это ведь Эмилия Стерн? Где Джордан? Что с ним? Он жив? — поток вопросов, казалось, не закончится.
— Они куда-то увели его. Ваш сын нуждается в срочной помощи, — не успела я договорить, как Лукас-старший растворился в сизой дымке.
Пока Винсент переговаривался с целительницей, я воспользовалась моментом, слегка приподнялась на локтях, посмотрела на свое отражение в стеклянных дверцах шкафа и ужаснулась.
Часы тикали так громко, что, казалось, вот-вот взорвется мозг. Но именно они и напомнили, по какой причине я оказалась здесь.
— Эми, ты что творишь?! — закричал Винсент, заставив меня поморщиться. — Ложись немедленно!
— Мне надо закончить начатое.
— Ты еле стоишь на ногах, — в его голосе появились нотки раздражения. — К тому же у тебя могут быть серьезные повреждения. Ты чудом уцелела.
