Первое сентября. Снова ожидание нового учебного года сменилось тоской и грустью, словно окна в школьном здании застыли в прохладе. Моя щека покрылась слезинкой, но горечь не так легко смирилась с новым учебным годом.
— Это из-за ритуалов? — пришла мне в голову мысль.
— Да, — Ингрэм кивнул. — Фамильяры же питаются не только телесной пищей, но и эмоциями. Только светлыми…
— А ты держишь его на голодном пайке.
— Мне больно видеть, как он мучается, поэтому я хочу отвязать его от себя и передать в надежные руки. Тебе.
— Мне?! — я была потрясена.
— Ты против? — в черных глазах Ингрэма появился испуг.
— Нет, что ты! Я только за!
— Только я хочу обратиться к тебе с просьбой, — нерешительно начал он, и его страх передался и мне.
— Слушаю.
— Если Рики захочет увидеть меня, отпусти его, пожалуйста.
— Я знаю, как ты любишь Обжорку, поэтому мог и не просить о подобном. Он был и останется твоим другом.
— Спасибо, Эми, за понимание. Я позову его.
Ингрэм быстро отвернулся от меня, однако я успела увидеть блеск в глазах. Ему нелегко далось это решение.
Обжорка в мгновение ока появился в комнате. Он тревожно смотрел то на меня, то на хозяина. Некромант не стал его томить, а быстро объяснил, ради чего мы здесь собрались.
Ритуал оказался несложным. Уже спустя час все закончилось. Енот сразу же исчез. Наверное, он считал себя преданным. Его сердце рвалось на части от боли. Он вернется, обязательно вернется, когда немного уляжется обида.
— Возможно, это странно прозвучит, но моему отцу ты была по душе. Он сказал, что я идиот, раз не смог тебя удержать, — слова Ингрэму давались нелегко.
— Архимаг ошибается. Мы сделали все правильно. А на Анику не злись, она любит тебя и пыталась удержать. Как и я когда-то… — мой голос походил на шепот.
— Эми, спасибо тебе за все. Ты — настоящий друг. Прощай!
— До встречи, — поправила я Ингрэма и протянула руку."
"Объятия сейчас были не к месту. Некромант пожал ее и ненадолго задержал в своей ладони. Это был момент прощания. Я знала, что мы больше никогда не увидимся.
Любимый маг смотрел на меня так, что все мои нервы натянулись, словно струны. Его грудь часто вздымалась и опускалось, на скулах играли желваки. Однако за расплескавшимся в глазах золотом скрывался страх.
