Даниил, богатый мажор, шантажирует новую ученицу, заполучив её дневник. Девочка вынуждена подчиняться его прихотям в обмен на молчание. Но что произойдёт, когда они начнут узнавать друг друга поближе?
— Я же бегаю как беременная черепаха…
— Ну… Побежишь как сможешь. Сами тебя заставили участвовать.
— Позориться не хочется…
— Ничего, — попыталась приободрить меня подруга. — Главное не приз, а участие. Постарайся всё сделать насколько это возможно. Зря, что ли, тебя физрук весь этот месяц гонял.
— Не напоминай, — закатила я глаза. — И опять они там будут. Такое ощущение, что моей жизни в принципе не существует больше без Бодровых. Везде они. Их слишком много в моей жизни.
— Там ещё и Лина будет, — сказала мне Леся и мы встретились глазами.
— Лина? — переспросила я и моё настроение окончательно испортилось."
"Отношения с собачкой Дани у меня остались натянутыми. Она больше не устраивала мне ничего наподобие стирки моей формы в унитазе, но уколоть, задеть или оскорбить возможности никогда не упускала. Она так и не остыла к Дане, снова пытается наладить общение, а на меня смотрит косо. Заметила, конечно, что между нами что-то происходит. Точнее, происходило. Сейчас-то понятно, что все кончено, так и не начавшись толком. И бегает Лина отлично, её не зря взяли в эту олимпиаду. И на фоне неё я буду выглядеть простушкой, которая, к тому же, ещё и кривыми ногами бежать нормально не может…
— Ага, — подтвердила Леся. — Я ж списки вчера относила физруку. Лина и её подпевала Люська в первых рядах там вписаны после Бодровых.
— А всего сколько человек?
— Бодровы, Лина с Люськой, ты и Димка. Всё.
— Компания что надо… — проворчала я.
— Да ладно тебе, — снова попыталась найти плюсы Олеся, хотя на мой взгляд их там просто не было. — Один день уж переживёшь.
Один день. Один год.
С этими близнецами я только и занимаюсь тем, что тороплю время, лишь бы всё это уже закончилось!
58.
Это был выходной день, суббота. Все отдыхают, а я уныло плелась к школе, где нас должен забрать автобус и отвезти на олимпиаду. Она обещала быть длинной, и с выходным днём я уже попрощалась…
Целый день в компании мажоров — то ещё удовольствие.
Дед словно чувствовал моё состояние, да и знал прекрасно моё отношение к спорту, провожал меня с беспокойным лицом. Я как могла уверяла его, что всё будет нормально — не дай бог у него из-за меня ещё давление поднимется! Я себе никогда этого не прощу. Поэтому старалась держать “лицо” до последнего.
Ещё было довольно рано, и на школьном крыльце был только Дима.
— Привет, — поздоровалась я с ним, взойдя на крыльцо. Он не было мне приятелем, но и нос не воротил от меня.
