Начинается рассказ в тихой комнате старого дома, где свет из-под плотно закрытых штора создает неприкаянную атмосферу. Ясная лампа на столе бликует под взглядом человека, чьи слова заставляют дрожать от неизвестности и желания узнать больше.
Это Агнию я просто пугал, не собираясь ничего обнародовать…
Хотел держать её на коротком поводке, считая, что хочу лишь посмеяться над ней, заставить прислуживать мне, а на самом деле просто жаждал побыть с ней рядом. Я никогда не поступил бы так плохо с ней, но дневник прочёл — хотел знать, о чём она пишет, о чём думает, о ком…
До сих пор жалею, кстати, что прочёл — теперь Назар и Агния стали моей личной паранойей. Мне и до сих пор кажется, что ему она благоволит куда больше, чем мне. Из головы не выходят слова девчонки о том, что она закрутит с моим братом мне назло… Она не похожа на вертихвостку, но от девчонок всего можно ожидать — Лина тому живое доказательство.
Между нами раньше никогда не стояли девушки. Мне не хотелось ссориться с с родным человеком из-за какой-то случайной…
Но Агния мне не случайная, я точно знаю. Но как с ней быть и как подступиться теперь — не понимаю. Она меня уже ясно послала нафиг после всех моих закидонов, и правильно сделала.
Никогда бы не смог этого сказать. И вообще, применимо ли ко мне это слово?
Решил не заходить домой, заехал в гараж и пересел на байк, который дарила мне мама пару лет назад. Мы иногда с Назаром катаемся по городу, хоть и не фанаты. Хотя я люблю машины, мотоциклы и гонки. Это драйв, но не на каждый день.
Сегодня хотелось проветрить мозги.
Бензина в банке было достаточно и я отправился на прогулку по вечерней трассе.
Ветер бил в лицо, на душе становилось светлее… Сами собой складывались строчки в голове.
Приеду домой — надо записать…
Что-то снова о любви, довольно лирическое. А перед глазами — она. Бэмби…
* * *АГНИЯ.
— Дед, я могу встать и сама, налить себе чая.
— Лежи, лежи, — остановил он меня и уложил обратно. — У тебя нога больная.
— Да прошло уже всё! Что ты со мной как с маленькой? — рассмеялась я.
Его забота была мне приятна, безусловно, но дедушка всё-таки не молод, мне не хотелось его нагружать заботами, когда я и сама могу дойти до кухни. Ну как дойти — доковылять. Пока ещё я при ходьбе сильно хромала — удар не прошёл бесследно. Но уверена, что через пару-тройку дней ушиб сойдёт и я снова начну нормально ходить, но уж по квартире вполне могу перемещаться, однако дед был непреклонен.
— А я говорю, лежи. Я тебе сейчас всё принесу.
