Автор
Когда на экране телефона высветилось имя подруги, я затаила дыхание. Мы обсуждали планы на вечер — и тут вдруг предложение о встрече с неумолимо ловким Максом прорезалось в моей голове как молоток в кремне. Теперь уже не до романтики, все внимание прикована к следующему шагу в этом изысканном интриге, где даже женщины испускают дух под влиянием Соловья-разбойника....
– Нет! Моя дочь такую глупость сделать не могла!
Михаил посмотрел на Николашу, через секунду на экране появилось видео и голос Вуколова зазвучал из плазмы:
– При осмотре комнаты Марины Нестеровой был найден тайник. Под письменным столом между двумя тумбами вынимаются паркетины. В образовавшемся углублении обнаружен ежедневник.
Я уже видела этот «кинофильм» и украдкой бросила взгляд на Нестерову. Антонина сидела, открыв рот, Михаил продолжал:
– Дневник изъят, после тщательного изучения его отдадут матери.
Послышался щелчок.
Экран потемнел, Михаил положил на стол толстую тетрадь, открыл ее, посмотрел на Антонину и начал читать:"
"«Мать опять устроила мне психические качели. Сначала оборала за то, что я… такая, ногами шаркаю, когда хожу по дому. Поэтому мамахен не может отдохнуть. Да ладно! Папахен опять налево завернул, уехал в командировку в Тулу! Никак наш… врать не научится, а думает, что умнее всех! В Тулу он покатил! Описаться от смеха можно. На машине туда подрапал! Ха! Знает папашка, что мамашка шизанутая, везде его баб видит.
– Нет! – закричала Антонина Васильевна, до сих пор сидевшая в оцепенении. – Нет! Вы врете! Брешете! Не могла Мариночка это написать!
Михаил отреагировал спокойно:
– В письменном столе девочки мы нашли тетради по разным предметам. Была проведена графологическая экспертиза. Есть заключение. Нет ни малейшего сомнения, что дневник и тетрадки заполнены одной рукой.
– Вы опозорили мою семью! – взвилась Нестерова. – Запачкали грязью память мужа, прекрасного гениального ученого!
– Антонина Васильевна, – подключился к беседе Энтин, – мы понимаем, что подросткам свойственно воспринимать события преувеличенно.
