Леди Изабель казалась хрупкой и мирной женщиной на первый взгляд, но ей не всегда удавалось взять верх в спорах. Теперь она стала центральной фигурой скрытого заговора, когда внезапно оказалась мертвой. Сюжет развивается вокруг секретов старой школы и сложных отношений между ее учителями и учениками....
Ингрэм улыбнулся одними уголками губ, но так ничего и не ответил. Мне оставалось лишь догадываться, что было у него на уме. Еще даже не началась лекция, как в аудиторию зашел магистр Талмэй и обвел взглядом адептов. И так маленькие глазки преподавателя сузились до щелочек, когда его взор остановился на мне. Разве можно было не заметить столь яркое пятно посередине этой черноты, нагонявшей тоску?
— Адептка Стерн, на перерыве зайдите к ректору, — просиял преподаватель по бытовой магии.
— Непременно, магистр Талмэй, — вернула ему улыбку, хотя сама начинала злиться.
— Ну что, допрыгалась? — я вздрогнула от его леденящего на этот раз голоса. — Скорее всего, только этого и добивалась, — произнес брюнет после небольшой паузы.
Я с большим трудом сдержалась, чтобы не высказаться ему о том, насколько он заблуждался в своих суждениях.
То ли магистр Талмэй посчитал, что с меня хватит на сегодня и посещения кабинета главы академии и не стал вызывать к доске, чтобы опросить заданный на дом материал, то ли меня просто пронесло, но радовало то, что мне не пришлось лишний раз краснеть.
После большого перерыва группа должна была явиться в аудиторию, где проходили основы некромантии, откуда мы отправимся каким-то непонятным пока мне образом в городскую больницу.
Столовая, как всегда, была набита до отказа. Говард успел к тому времени, как я пришла, занять нам столик, а также место в очереди. Его словно подменили за одну ночь. Он перестал улыбаться девушкам, которые продолжали строить ему глазки, и держал меня за руку, тем самым показывая всем, что мы пара.
Поесть спокойно мне так и не удалось, поскольку я нервничала, ожидая, что в столовую в любую минуту придет ректор и отчитает меня при всех.
Ингрэм не сводил с меня глаз с тех пор, как я вошла в кабинет. Еще пару дней, и я его точно прибью в темном переулке, да так, чтобы потом не оживили даже.
