В снегопадущей зимней пустыне городских улиц, где хлопья снега медленно опускаются на лица прохожих, заключительный день работы юриста оказывается необычайно холодным и скучным. Он мечтает о том, чтобы купить себе теплую пальто или хотя бы теплые перчатки, не говоря уже о совести, которой так и не нашел ни одного клиента в своей жизни. Этот юрист живет своей странной реалистичной жизнью среди метеорологических прогнозов и непонятных обязательств....
Посмотрев на стонущую самку, я начала ее гладить, бухтя какие-то глупости про Землю. Слава, выпустив когти, зачесал шерсть набок и придерживал ее, а Дима… Дима начал массировать лапы, стараясь не смотреть на животное.
Примерно часа через два стало сипеть горло, и ребята меня подменили. Рук бегала между нашей пристройкой и дальним загоном, стараясь успеть и там и здесь, а у нас возникло ощущение, что это мы тут два часа рожаем.
Присмотревшись, я заметила, что зиффис туг все еще очень напряжена и не выпускает детеныша.
– Помолчи, а?
– Я еще и уйти могу. Вы, вижу, и так прекрасно справляетесь.
Они не нашли, что ответить, и я продолжила «концерт». Парни, страдая, слушали. Но главное – самка начала расслабляться, и вскоре мы смогли отправиться спать.
Первый детеныш стал для Димы неожиданностью и вывалился ему прямо на руки, с сильным хлюпом забрызгав все вокруг.
– Клади его в коробку, – велела я.
Дракон был рад избавиться от детеныша.
Когда мы укладывали последнего, вернулась Рук, грустная и уставшая.
– Молодцы, вы отлично справились. Можете идти, дальше я сама, – сказала она.
Мы ретировались, хотя и видели: что-то случилось. И на выходе я поняла что.
Две девушки сидели и утешали третью, принцессу гоблинов, а у самих слезы были на глазах. Принцесса рыдала.
– Что произошло? – спросил Слава.
– Старая зиппа умерла, – ответила одна из трех девушек, орчанка Хаси.
– Нам бы закрыть загон и помочь с телом, но никак не можем Шахи успокоить, – заметила вторая, эльфийка Рейси.
Несмотря на сильную усталость, я села рядом с гоблиншей, а девчонок отправила завершать дела. Они ведь по связи чувствовали, насколько ей плохо. Те, настороженно косясь на меня, пошли внутрь загона, а я уложила голову девушки на свои колени, чтобы та выплакалась и успокоилась. Ребятам, которые не знали, куда бежать и как помочь, я махнула рукой.
Глядя на удалявшихся в сторону главного здания мужчин, я начала рассказывать гоблинше про сегодняшние роды.
Вскоре я подружилась с этой тройкой. Девочки, едва я развеяла о себе все кошмарные мифы, попросили познакомить их с драконом и оборотнем. Но я разрушила девичьи надежды, объяснив, что оба прочно заняты, и не мной.
Я часто болтала с девочками, а заодно расспрашивала о мире – кто, где, что видел – и узнавала сплетни.
