Род Забелиных возрождается и должен послужить императору. Нина согласна защищать ненавистного князя Бельского, чтобы вернуть честь семье и найти пропавшую сестру. Но князь скрывает опасную тайну — связь с Темным орденом. Риск становится игрой с огнём, где ставка — жизнь и предназначение.
Но кто-то ведь закладывает направление действиям? Приказывает и управляет, как марионетками?
– Милославские? Маги разума? Вы серьезно? – Стужев сделал стойку. – Доказательства?
Я замялась, не хотелось бы рассказывать подробности визита в Кречетов. Ведь его запросто можно связать с уничтожением темного алтаря в усадьбе Юшина. Но и промолчать уже не получится.
– Дело в том, что шесть лет назад я едва не угодила в лапы разбойников, продающих людей темникам в рабство. – Отхлебнувший очередной глоток чая, князь поперхнулся.
– Что, прости? Я не ослышался? Это где же такие разбойники орудуют?
– В Кречетове. Таверна «Гнутая подкова», – произнесла, робея под возмущенным взглядом Стужева, в котором читалось: и ты до сих пор молчала? – Я очутилась там одна и совершенно случайно. Тренировалась тропы открывать, вот и прыгала, куда занесет. А в таверну зашла, чтобы отдохнуть и перекусить. Сами понимаете, трата магических сил требует пищи и сна для восполнения энергии.
– Погоди! – Видимо, в голове у Семена Павловича что-то щелкнуло. – А это не тот трактир, который сгорел дотла вместе с хозяйкой и постояльцами? Маги с ног сбились, расследуя преступление. Видоков из столицы срочным рейсом перебрасывали, чтобы понять, как так получилось, что люди продолжали пировать, пока горели заживо. – Мужчина посмотрел на меня другими глазами. – Уж не хочешь ли ты сказать, что подобное устроила десятилетняя девочка?
– Марийка, фактическая хозяйка таверны, баловалась магией крови. В доме остались только рабы, беспрекословно исполняющие приказы. Она подлила мне в питье настойку верцелы, чтобы подчинить и вывезти из города. Но не учла того, что я одаренная, а моя кормилица была травницей и обучила распознавать травы. Но главное – не в этом! У Марийки затворницей жила служанка, которая готовила сильнейшие яды и запрещенные в империи зелья. Она рассказала слезливую историю о несчастной любви, чтобы разжалобить и усыпить бдительность. Так вот, в ней фигурировал Дмитрий Алексеевич Милославский, обладающий редким умением влюблять в себя женщин и делать из них марионеток. Не знаю, насколько это умение распространяется на мужчин, но считаю, что этот человек способен расположить к себе жертву и исподволь влиять на волю и желания.
– Родовой дар, значит? – Стужев обмяк в кресле, залпом выпил остывший чай, поморщился. – Шесть лет, Нина! Если не ошибаюсь, наше первое знакомство состоялось тогда же? О, Господи! Если бы я узнал об этом раньше, стольких ошибок довелось бы избежать.
