В зале гостей Забелиных плавает легендарное величие. Игнат склоняется перед родными с энтузиазмом, а друзья лишь поклоны показывают. Призраки откликаются радостным возгласам, и настроение пронизывается тревогой и торжеством.
Ну, а что делать, если родители маловато денег выделяют на содержание, а гульнуть на выходных хочется?
– Вот же зараза, никак не угомонится! – процедила со злостью. – Не думала я, что посмеет пакостить, зная, что сама в академии на птичьих правах осталась.
Пока Шумская вела себя тихо и молча противостояла насмешкам со стороны однокурсников, ее никто не трогал. Пусть учится, а не болтается без дела в доме. До полугодовых экзаменов Агнияру не выгонят, да и потом при желании можно перевестись на теоретический курс.
"– Алим, а как же внушение? – задала вопрос брату. – Ты разве не ставил Шумской запрет на нанесение вреда семье?
– Ставил, и раз уж девчонка его обошла, то ей в этом помогли.
– Ясно! Тогда навестим сестричку и узнаем, что же такого случилось, что она вдруг избавилась от ментального блока. – На этот раз прощать никого не собиралась. Раз уж посмели напасть на члена моей семьи, то ответят по полной программе все причастные. – Игнат, ты с нами?
– Спрашиваешь! – хмыкнул второй братец. – Лиза так распереживалась из-за мальца, плакала, а ей никак нельзя волноваться. Да и к постреленку прикипела, что уж тут скажешь.
– Ну, что же, тогда идем!
На Агнияру я давно метку кинула, чтобы под рукой была, если понадобится. Втроем мы перенеслись в ее комнату в общежитии. Соседка княжны сдавленно пискнула и забилась в угол, а Шумская нагло ухмыльнулась:
– С чем пожаловали, господа?
– Иди, погуляй! У нас тут семейные дела, – Алим выразительно посмотрел на вторую девушку. – Вернешься через полчаса, доделаешь задания и ляжешь спать.
Медленно кивнув, соседка вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Пока брат избавлялся от свидетельницы, я неотрывно наблюдала за Агниярой. Она хоть и держалась высокомерно, но в глазах проскальзывали нотки страха.
– И что дальше? – усевшись на стул, Шумская скрестила руки на груди.
– А дальше ты ответишь за свой поганый язык. За то, что натравила на Егора своих прихлебателей.
– Что? – девчонка расхохоталась.
