Автор
Когда Эмма Гладстон, уже в третий раз, шла по траурному маршу под окнами герцогского замка, она поняла, что свои года отмерили. Теперь ей предстояло не просто присоединиться к дворянскому кругу как жена герцога, но стать его настоящей королевой — а это требовало решимости и мастерства, которых она еще не имела.
"
"Осушив свой бокал, Эшбери решительно встал.
– Я не стану ни в чем признаваться. Поднимется скандал, и вам тоже придется несладко. Кто знает, как назовут газеты вас? Кровожадной невестой с Блум-сквер?
Эмма подняла бровь.
– Вы заранее это придумали?
– Нет, конечно! – возмутился он.
– Но слова так легко слетели с вашего языка.
– Вот что я вам скажу. Я не допущу, чтобы вы оказались в центре скандала, какое бы прозвище ни придумали для вас газеты. И уж тем более ребенок, которого вы, возможно, носите.
– Если вы так дорожите своей женой и ребенком, то вам, наверное, следовало подумать об этом раньше, – возразила раздосадованная Эмма. Ей очень хотелось найти компромисс. – Если вы отказываетесь делать заявление, то по крайней мере дайте мне обещание, что чудовище из Мейфэра выйдет в отставку, отправится на заслуженный отдых в деревню и оттуда не вернется. Дайте мне клятву, что сожжете все ваши плащи и шляпы и больше не станете бродить по ночам!
– Договорились. – Он коснулся ее подбородка, приподнял лицо и поцеловал. – Чудовище из Мейфэра больше не появится. Клянусь.
– Советую вам держать слово, – грозно сказала Эмма. – Не то бойтесь гнева кровожадной невесты!
Глава 27
– Готово. – Эмма помогла застегнуть последнюю пуговицу на новом платье Девины. – Удобно? Не слишком стягивает?
– Нисколько.
С помощью Фанни Эмма смогла устроить Девине примерку в швейной мастерской. Они держали мастерскую открытой допоздна, пока мадам отправилась с еженедельным визитом в магазин, чтобы взглянуть на новые шелка.
Девина рассматривала себя в зеркале, поворачиваясь туда-сюда.
– Эмма, вы действительно творите с тканями чудеса!
Чудеса? Возможно. Но настоящего чуда ей не совершить.
– Надеюсь, платье поможет вам скрыть живот еще на несколько недель.
– Я тоже надеюсь! Как раз на днях отец сделал замечание насчет моей располневшей талии. Я сказала, что ем слишком много жирного. – Она схватила Эмму за руки. – Мы должны как можно скорее получить разрешение! Когда герцог сможет встретиться с ним?
Ах боже мой! Эмма так боялась этого разговора. Ей придется сказать девушке, что из их первоначального плана ничего не выйдет. Герцог не желает появляться в обществе, а сама Эмма, как заявила Аннабел Уортинг, в глазах всего Лондона не герцогиня, а простая портниха. Вряд ли честолюбивый джентльмен позволит своей незамужней дочери гостить в доме такой сомнительной особы всю зиму.
