Тайрону перед глазами открывается драматический скenasцо: розовая девочка с распахнутыми глазами и вывернутыми зубами лежит на холодном поле, а над ней — женский голос, заполняющий воздух злобой. В этот момент он замечает тонкую девушку внизу террасы, практически полностью разложившуюся на каменных плитах, и смотрит на неё с отчаянием и тревогой — она явно принадлежит к числу рабов. В воздухе повисает напряженная атмосфера опасности и непонимания.
— Иди в мои покои и проверь, как там мальчик! — грозно произнес Тайрон, отчего ликериец побледнел, а изображение тут же запрыгало. За кадром раздавалось пыхтение и тяжелое дыхание распорядителя Тяна, словно он бежал настолько быстро, насколько был способен.
— Я уже здесь, господин! — задыхаясь, проговорил он.
— Теперь войди и проверь, как там ребенок, — приказал Тайрон. Все это время Диана напряженно следила за происходящим на экране, и ее сердце сжималось от беспокойства.
Двери распахнулись, и внезапный порыв ветра взметнул легкие занавеси на огромных окнах. Под лучами светила переливалась вода в бассейне, блестели натертые полы и ни единый звук не выдавал присутствия кого-то живого.
— Денни! — воскликнула девушка, дотрагиваясь до плеча саорга, словно искала у этого мужчины защиты.
— Где мальчик? — голосом Тайрона можно было заморозить. Даже Диана поежилась, но руки не убрала, только еще больше прижалась к саоргу.
— Не знаю, господин! Но я все выясню немедленно! — закудахтал распорядитель, пятясь к выходу, словно Тайрон мог на расстоянии превратить его в пыль.
— Возвращаемся! — произнес саорг поднимаясь и увлекая Ди за собой.
С экрана все еще сыпал извинениями и уверениями распорядитель. От страха он уже сам не понимал, что говорит, только повторял и повторял слова нелепых оправданий. Вдруг в его бессвязную речь вклинились посторонние звуки.
— Шустрик! Шустрик! Да стой же ты неугомонное создание! — закричал… Дени!!!
Диана ахнула. Ликериец развернул ксоник таким образом, чтобы было видно ту сторону покоев, откуда раздался голос мальчика. Но там стояла лишь кровать… Из под нее выскочил кролик и, смешно отталкиваясь от скользких полов задними лапками бросился наутек. Вслед за зверьком показался взъерошенный и злой Денни и побежал догонять питомца.
— Денни! — строгий голос саорга заставил ребенка замереть на месте. Он медленно развернулся к распорядителю, и на экране ксоника показалось его удивленное лицо.
— Диана? Тайрон? Вы чего? — ошалело спросил мальчик.
— Слава заступнице Седне! — выдохнула девушка. — Мы испугались за тебя.
— Дианка, я никуда не выходил, как Тайрон велел! Честное слово! Мы играли, а потом Шустрик убежал под кровать, а я за ним, — стал оправдываться ребенок.
Дети есть дети. Даже юные саорги, с детства приученные к жесткой дисциплине, порой позволяли себе шалости, что уж говорить об обыкновенных, подверженных страстям и соблазнам, людях. Тайрон чувствовал, как Диана успокаивается.
