Ночь на острове Туманов была тихой и мрачной. Я, пытаясь заснуть, лежала в темном домике среди деревьев. Но ужасный вой девушки за окном разрывал сны и внезапно привлек мою внимание. Этот кошмар был не таким, как другие, он настолько ярко ощущается в этой тихой, холодной атмосфере....
Я вернулась в каюту и без сил упала на кровать.
Голова раскалывалась от боли, отчаяние сводило с ума, мысли мои были в полном беспорядке. Только вчера я решила, что у меня появилась надежда, как идиотка-судьба показала мне свой тощий зад.
— Будь ты проклята! — закричала я и потрясла кулаком в потолок. — Что б тебя там, наверху, твои боги хорошенько встряхнули и шмякнули так, чтобы мозги выскочили, если они у тебя вообще есть!
Выплеснув ярость на невидимую судьбу, я наконец-то выдохнула. От качки постоянные приступы тошноты накатывали волнами.
Лучше размышлять, чем предаваться унынию и ждать неминуемой гибели. Я стиснула зубы, переборов очередной приступ, и напрягла мозги.
Раз разразилась такая буря на пустом месте, значит, остров рядом. Это непреложный факт. То-то вчера ворон в клетках стало намного меньше.
А куда делась команда? Она должна была сейчас бороться со штормом, но никого не слышно.
Все спрятались, как я?
Погибли?
Или просто бросили меня?
Я вскочила и в панике побежала к палубе.
В миг затишья между порывами урагана мне удалось проскочить к рубке. Я влетела внутрь и захлопнула за собой дверь. Здесь было пусто, ни рулевого, ни капитана, ни матросов. Штурвал крутился сам по себе, стрелка корабельного компаса вращалась ка безумная.
Я на корабле-призраке?
От этой мысль озноб охватил все тело.
Куда исчезла команда, по-прежнему оставалось загадкой.
Но рулевая рубка находилась над палубой, в окна я могла видеть происходящее вокруг.
Картина, открывшаяся моим глазам, была ужасной: бурлящая вода поднималась горою и без передышки обрушивалась на корабль, мокрая палуба ходила ходуном. Все вокруг скрипело и, казалось, вот-вот треснет, словно яичная скорлупа. Особенно пугал бьющийся на ветру парус.
Я попыталась вцепиться в штурвал, но не смогла даже ухватиться за него. Тогда села на пол, нашла железные ручки и держалась за них. Вернуться к себе в каюту и оставаться там одной не было никакой возможности: когда я выбиралась, на ее полу уже по колено плескалась вода.
— Русалка, умоляю, — из моего горла вырывался первый отчаянный всхлип.
