Врач-реаниматолог Галина приходит в себя на грани смерти после страшной аварии. Вместе с ней вернулась забытая реальность — двадцатилетняя жизнь без семьи и детей. Героиня решительно противится судьбы, даже когда перед ней предстают последние надежды: шанс на новую жизнь в аптеке под бдительным взглядом прокаженной прижитки....
Она растет, увеличивается в объеме и совсем скоро выползает за пределы ведра! Застилает полы в прихожей и ползет по стенам.
– Ты что мне насоветовал?!
Огонек прыжками двигает к выходу и скребется в дверь. Делать нечего – открываю и выбегаю вместе с ним. Оборачиваюсь на пороге, замечая, как пена стремительно продвигается в гостиную.
Волком смотрю на кота.
Кот меланхолично смотрит на меня.
– А ты хотела швабр-рой ору-у-удовать весь день?
Непонимающе хмурюсь, и фамильяр поясняет:
– Пена сейчас все де-ело сде-е-елает и развеется.
– Х-ха… – Перевожу взгляд обратно на дом. – Удобно, однако.
Интересно, а в этом мире все хозяйки такой пенкой пользуются? Или это исключительно ведьмовской лайфхак? Разузнать в срочном порядке! Может, у меня тут золотая жила в волшебных бутылочках таится.
Пока жду снаружи, решаю осмотреть свое жилище при свете дня. Ночью строение казалось мне совсем стареньким, но сейчас выглядит значительно лучше. И на чердачном этаже, оказывается, есть окошко – значит, не так уж там темно. Можно смело забираться, не опасаясь привидений.
Кстати, об окнах.
Обхожу дом и открываю все ставни. Замечаю, как сильно облезла голубая краска, и задерживаюсь, чтобы отколупать несколько длинных чешуек. Наверное, нужно составить список дел. В моей голове столько всего важного точно не уместится.
В прошлой жизни я вела ежедневник, который был скорее увлечением, нежели практичным планером. Наклейки, рисунки от руки, куча разных цветов, которыми пестрели страницы. Но свою техническую часть он тоже выполнял.
Если в вещах Кассандры отыщутся тетрадь и карандаш, можно повторить опыт ведения планера и здесь тоже. Тем более он мне будет очень даже полезен.
– Гото-ово, можно заходить, – доносится со стороны фасада манерный голос фамильяра.
Любопытство прибавляет мне скорости, и я оказываюсь внутри дома за считанные секунды.
– Вот это да!
Ни пылинки, ни паутинки! Стекла блестят, пропуская солнечный свет, и тот играет на всех вымытых до идеальной чистоты поверхностях."
"Быстренько пробегаюсь по комнатам, задерживаюсь в спальне. Кажется, или занавески с брошенной на кровати простыней тоже выстираны? Нет, это было бы слишком хорошо.
