Автор
В аукционе простор не требовалось — всего пара скромных стульев и сценки. Холодная атмосфера подчеркивалась лишь блестящей трибуной над ним. Моноклый продавец безучастно декламировал о бароне Глашере, его ужинах и роялях — до самого момента, когда аукционист поднял закрытую коробку......
Лорды заметно оживились, некоторые уже лихорадочно листали чековые книжки, прикидывая оставшиеся средства. Перекрывая возникший возбуждённый шёпоток, аукционер довёл ажиотаж до предела, объявив:
– Контракт раба бессрочный. Ограничений эксплуатации нет, требования только по стандарту. Начальная цена – сто тысяч фунтов стерлингов.
И пока покупатели наперебой принялись нагонять ценник, брови Сандры медленно ползли вверх. Подписать бессрочный контракт в таком молодом возрасте, да ещё и не добавив хоть каких-то особых требований… Этот мужчина или отчаявшийся, или сумасшедший.
Рабство в Европе давно никого не смущало: оно существовало с древности, а сейчас просто было подведено к нормам морали и ценности человеческой жизни. Любой совершеннолетний мог подписать контракт с будущим хозяином, и действовать вне этой бумаги никто не имел права, вплоть до ответственности перед законом. Прописывалось всё досконально: срок действия, доступные варианты эксплуатации, особые требования.
Но, как говорится, перо сильнее меча. Подписался на бессрочный контракт – будешь носить ошейник, пока хозяин тебя не отпустит. Разорвать контракт со стороны раба было невозможно, если не оговорён срок его действия. И если хозяину за нарушение условий судья мог впаять штраф или даже тюремное заключение, то самих рабов без особых разбирательств пожизненно отправляли в угольные шахты.
"Торги за гладиатора шли активно, но после двухста тысяч понемногу затухли. Всё-таки не каждый способен был выкинуть разом настолько круглую сумму. Сандра потягивала шампанское, не без любопытства наблюдая за рабом на сцене. Тот уже оделся, и казалось, скучающе ждал своей участи, сложив руки на мощной груди.
