В холодном бинте медсестры, поддерживая кровь, начинаются терпимые процедуры для Валентина Сяпкина. Медсестра увещевает его, но он уже привык. Я же чувствую себя на грани боли и сознания, как врач поднимается к плечу. Этот мир мгновенно вспыхивает тенями, когда я понимаю, что здесь есть куда больше....
- За что? – возмущённо повторила девушка и с силой шлёпнула меня по щеке. Своеобразная вышла пощёчина. Не больно, но ощутимо. Даже голова немного метнулась в сторону, но эта гадина быстро вернула наш зрительный контакт, схватив меня за подбородок и повернул лицом к себе. – Как ты смеешь спрашивать меня о таком?
- Смею и спрашиваю, - прошипела в ответ – очень уж больно её пальцы впиваются в кожу.
- Хотя-я-я, - протянула эта леди, словно и не слышала меня, - ты и понятия ещё не имеешь, к чему привели твои вертлявости.
В этот момент она отклонилась и что-то начала нажимать на бортике капсулы, её же вновь накрыл купол и начал заполнять странным белёсым дымом. Силы, что только появились в теле, начали вновь стремительно покидать его. Только в этот раз это ещё и приносила неприятные покалывания, почти болезненные.
- Но ты не учла один маленький нюанс. Меня! Я сделала всё! Всё, чтобы у тебя ничего не вышло. Ты хоть представляешь, как прекрасна была их империя! Сколько прекрасных, верных и на многого готовых ради любви мужчин в ней жило! А ты всё уничтожила!! – и чем больше говорила, тем сильнее повышался её голос и наполнялся злостью.
- Ты мечтала об роуранце? – спросила тихо, пока уловила паузу. Бояться надышаться дымом от разговора, будучи в закрытой «колбе», не имело смысла.
