В заброшенном замке среди рухнувших стен и гниющих корней ждет предательская цена за сделанную связь с тем, кого раньше не считал своим человеком. Здесь каждый шаг подводит к страшной игре между настоящим self-interest и душевным выбором, где даже рыжий бородач в походке — это лишь тень правды....
Не могу! Мой! И фиг кому отдам!”
– Точно Хельм? – спрашивает Дарен, с трудом оторвавшись от меня, лишь для того, чтобы поторговаться.
– Ах, так значит?
Сама обвиваю его шею руками, поднимаюсь на цыпочки и целую так, что он забыл, как дышать.
– Точно Сурэл? – моя очередь спрашивать, но Дарен и не возражает. Кажется, он готов продолжать этот спор вечно, но и я не против.
– Решим после свадьбы, – отвечает он и вновь утягивает меня в поцелуй, позволяя на секунду забыть обо всем и быть просто счастливой в этот момент.
Хотя, и беспокоиться больше не о чем. Бордера арестовали за подделку документов и мошенничество, Гирдар мертв, а Гая и Пайера Дарен отправил служить, чтобы набрались ума. Нам их еще пару лет не видать.
Дарен весь этот год занимался делами клана, упавшими на его плечи. Из старших поколений почти никого не осталось, а младшим пришлось долго объяснять истинную историю. Радует, что то опасное колечко, заправленное древней черной магией и считавшееся давно уничтоженным артефактом, изъяли и в этот раз унитожили, как запретное.
Оно оказалось снято еще в тот, самый страшный момент для меня, когда с неба летели холодные беспощадные капли, а мои пальцы сжимали рану Дарена.
– Ведьмы не боги, мертвого не исцелишь, – сказала мне тогда Янга… Но я не сдалась.
– Вы несправедливы, предки! – отчаяние сорвалось с губ такой болью, что заглушила даже грохот неба.
– Помогите ему… помогите… – шептала я, не помня себя.
И тогда, когда я увидела ее… казалось, что уже брежу.
Напротив стояла она… Лица я ее не видела, оно было будто задернуто туманом, но я знала, что это она… Агата…
– Помоги… – прошептала ей, но даже сама не услышала своего голоса.
Она не спешила отвечать. Молчала, а потом обронила лишь одну фразу.
– Он Сурэл, он враг… – отвернулась от меня, уходя… отбирая последнюю, едва появившуюся надежду…
– Он Сурэл, который спас Хельм ценой своей жизни! – выкрикнула я, вскочив на ноги.
Никто не видел Агату.
