В старых графских замках, заброшенных и исчезающих, звучат странные голоса — мужской и женский, незнакомые и напуганные. Хозяйка этих развалин решительно отказывается выходить замуж, но её неуправляемый характер привлекает посторонних членов партии, готовых придумать свадьбу любыми средствами....
Но Медведь меня удивляет:
— Я настаиваю, чтобы часть приданого была передана не золотом, а необходимыми в быту вещами. Сменная одежда, тёплая одежда, постельные принадлежности, посуда, некоторый запас продовольствия, которое можно хранить, лечебные зелья от простуды. Разумеется, всё это не может превышать десятую часть от оговоренной суммы. Вам ведь всё равно придётся тратиться на обеспечение быта, но для вас доставка будет затруднительной. Далеко не всё можно доставить через узкий переход. Вы готовы нанять корабль?
Гарет расслабляется.
Господин Пегкер поёт сладко, согласна. Так сладко, что аж приторно.
Чем больше слушаю, тем меньше верю.
Где подвох?
Хочет надуть в стоимости? Наверное, даже десятая часть приданого, стоит приятных денег, но разве стал бы Медведь заморачиваться ради ничтожной доли?
— Не готов.
— И доставлять груз через переход тоже проблемно. Возможно, ещё более проблемно, чем кораблём.
— Почему? — удивляюсь я.
Медвель поворачивается ко мне с каким-то… недоумением.
— Потому что большая нагрузка губительна для перехода. Если мы потеряем арку, то…
То все, кто во время поломки, будут находиться в графстве, погибнут от холода и голода. Понятно.
— Я готов доставить приданое, если вы согласны, граф.
— Разумеется, согласен. Господин Пегкер, я очень признателен вам!
Что-то мне не нравится…
Я чую подвох.
— Не спешите, граф. Это не единственное, что я хотел обсудить касательно приданого.
— Да?
Граф кивает, и мне чудится, что кивает он как болванчик.
Нет у мужа чуйки…
— Позвольте, я буду называть вещи своими именами?
— Разумеется.
— Вы в опале, граф. При дворе у вас совершенно нет поддержки. То, что император недоволен не вами лично, а династией, для вас гораздо хуже, потому что найдётся немало желающих причинить вам неприятности исключительно из рвения угодить его величеству. Император ограничил ваше пребывание в столице и указал вам проживать в родовых землях.
О как.
— Да, господин Пегкер, всё так.
— Сейчас вы глава разорившегося рода. Как только вы или я на ваше имя положим в банк золото, об этом станет известно. Например… у вас сохранились документы об оплате того прелестного двухэтажного особняка, который вы арендовали?
— Н-нет.
— А значит, вас могут ложно обвинить в неуплате. И суд встанет на сторону обвинителя. Вы проживали? Факт.
