Я страстно желала поменяться местами с мирной хирургом-анатомом. Вот так вот, обычный день — и тут ты встречаешь чудовище из космического астероидного пространства, о котором только мечталось на ужине в компании дипломатов со всего света. Это была хозяйка хищной космической оранжереи, и она меняла формы так, что я не знала, как называть эти творения своего воображения — личины, оболочки, существо? Нет, лучше дать им имя: монстра....
Понимаешь, она непроизвольно выпускает эти сигналы для мужчин, — он провел пальцем по носу, растирая его. — Как бы тебе объяснить… Сигнал, что готова спариться…
— Ками не такая! — возмутилась я.
— Нет, именно так. Она посылает сигнал, что готова, но он ложный. В итоге за ней бегают, но она не подпускает. Мужики в смятении, как бы и показывают, но не дают. Камелия — яркая витрина борделя, в котором нет ни окон, ни дверей. Она играет. Доминирует, привлекает и обламывает. За ней бегут вовсе не потому, что желают любви.
— У нее есть причины ненавидеть мужчин, — тихо призналась я.
— Да, это чувствуется. Но мы ведь о другом, правда? Так что в твоем понимании любовь, Петуния?
Я снова пожала плечами.
— Наверное, как у родителей. Мама рассказывала нам о том, как они встречались с папой. Красиво.
— Не думаю, что твоя мама рассказала все как есть, Пети.
Риме впился в меня немигающим взглядом. Нет, я знала, что в голову он не полезет, но все же стало не по себе.
И этот его вопрос…
— Если постоянно думаешь об одном мужчине, но при этом ненавидишь его, — пробормотала.
— Ненавидишь его? Или себя за неуверенность?
— Да, не знаю, — поджав губы, испытала такую злость. — Зачем я вообще об этом заговорила? Где я, а где какая-то там любовь? Я не создана для этой ерунды.
— Ясно, влюбилась, — засмеялся Риме. — Вернее, до тебя дошло, да? Долго, конечно. Но и ладно. Отвечая на твой вопрос. Да, я влюблялся. Тебя люблю, Петуния.
Услышав его, замерла и недоверчиво приподняла бровь."
"— Спроси за что? — он подался вперед. — Ну же, попытайся взглянуть на себя моими глазами.
— Риме, ты мой друг и… — я стушевалась.
Как-то, задавая ему вопрос, я не на то рассчитывала.
— А я разве жду взаимности? Нет, Петуния, любовь она разная.
