Автор
В зале пышущем мрачной праздничной свадьбой, молодой человек словно кукла висит между друзьями, его голова неправдоподобно покачивается с шагами собрания. Этот необычный брак вызывает сложные чувства: кажется ли это шуткой природы или предопределением судьбы? Сюжет тянется вплоть до загадочного происшествия, которое отняло его способность к восприятию мира....
Ты хорошо меня поняла, девочка?
– Д-да, господин.
– Вот и умница, – он касается моей щеки, проводит большим пальцем вверх к скуле, сминает кожу."
"Я с трудом удерживаю себя на месте, хотя внутренне содрогаюсь. К счастью, наместник не хочет тратить на меня много времени. Кивнув жрецу, он уходит, и свита следует за ним.
– Девочка, не отставай, – командуют мне мужчины, занятые князем. Мой новый статус княгини для них, как и для наместника, шутка.
– Да, господа, – я почтительно склоняю голову.
Вопреки традиции я покидаю храм последней, слишком долго борюсь на лестнице с подолом, путаюсь в обилии ткани.
– Бегом залезла! – понукают меня.
– Д-да.
Снаружи ждёт экипаж, в который мужчины уже затащили князя, и своей медлительностью я отнимаю у них драгоценные мгновения. Им лишнюю секунду прождать невыносимо.
Я не хочу, чтобы меня схватили за шкирку и закинули как котёнка, поэтому стараюсь не провоцировать мужчин, торопливо подбираю подол недопустимо высоко, шагаю на ступеньку, с неё – в салон.
Почти сразу экипаж трогается, а я, упав на сиденье, наконец могу выдохнуть и осмотреться. Явно, что экипаж не лучший, но он хорош, потому что плохих у князя не было. Сиденье мягкое, обивка кожаная – ехать будет удобно. Я быстро задёргиваю обе шторы, и лёгкую полупрозрачную, и плотную, непроницаемую, оставляю только щель для солнечных лучей, пусть в салоне будет светло.
Князь брошен на сиденье против хода движения, у передней стенки. Удачно, потому что иначе от рывка экипажа я рисковала бы приземлиться прямо на него.
Что сказать? Мой муж не миловиден, как наместник, он красив настоящей мужской красотой. Лицо скульптурное, с резко выделяющимися чертами лица и беспорядочно разметавшимися по сиденью волосами цвета молочного шоколада, на солнце пряди, я уверена, будут отливать золотом.
Как у куклы.
И мне с этой куклой предстоит играть в доктор-пациент.
Мне заранее жалко Даниэля, потому что я не представляю, что с ним делать, я же не медик.
