В реальности я — хозяйка лесопилки, забывшая свою настоящую жизнь среди ночи смертельной автокатастрофы. Теперь моей судьбой становится восстановление бизнеса, проникнутого мракобесием и тайными связями. Постепенно я открываю глаза на новые факты прошлого, открываясь самой себе в борьбе за искупление....
В артефакт я внедряла свой и ее волос, чтобы мы могли им управлять на расстоянии. Так что, когда брала волос у Ранимы, пришлось признаться, что будет что-то необычное.
— Все получилось, — сказала я, — дождемся Артая, и я вас покатаю.
— Покатаешь? —глаза белочки заблестели от нетерпения, и она зашарила глазами по двору в поисках Артая, — вот всегда так, его нет, когда нужен. Зря ты им бегающих лошадок сделала, носятся, как оголтелые, еще и сундук с собой таскают.
— Они дети, пусть играют, — покачала я головой, вспоминая, как сама в детстве на велосипеде носилась, домой не загонишь.
Лесопилка, несмотря на уже поздний час, еще работала, раздавались стуки топоров, звуки пилы, за воротами гул от голосов желающих купить обработанные доски. К нам приезжают не только с Лесного, но и из небольших деревенек и хуторов, которые относятся к нашему участку лесопилки. Древляне стараются успеть до сна леса отремонтировать дом или заборы, что за время, пока не работала лесопилка, прохудились.
— Знаешь, Ранима, мы поедем на торг, — сказала я белочке, та кивнула, не понимая, что я хочу сказать, — Я буду торговать своими поделками, вот думаю, что не мешало бы и тебе на себя поработать.
— Это как это? — белочка с удивлением посмотрела на меня.
— Ты будешь мой товар рекламировать и продавать еду.
— Да кому это надо? — махнула рукой девушка.
— Поверь, у тебя будут покупать, но придется поработать. Тебе нужны свои деньги.
— Ты хочешь меня выгнать? — Белочка испуганно посмотрела на меня большущими глазами
— Нет, я хочу, чтобы ты была независима от других, и сама решала жить тебе со мной или своим домом.
— Я тебя никогда не брошу! — уверенно сказала Ранима, а я рассмеялась, поднялась и обняла такую удивительную, мягкую и доверчивую, девушку.
— Надеюсь, что не бросишь, а теперь давай, пока этот пострел не пришел, я тебе объясню, что мы будем делать, — сказала я древлянке, — никогда не знаешь, что может тебе пригодиться в жизни.
Надо ли говорить, что наша повозка произвела фурор. С фонариками по бокам, хмурым вечером, она казалась еще больше и красивее, все узоры переливались зелеными всполохами, и ехала она бесшумно и быстро, только успевай скорость уменьшать. И по лесу спокойно едет, сама выбирает, куда свернуть, чтобы не наткнуться на деревья, и по дороге катит так, что ветер в ушах светит.
