В реальности я — хозяйка лесопилки, забывшая свою настоящую жизнь среди ночи смертельной автокатастрофы. Теперь моей судьбой становится восстановление бизнеса, проникнутого мракобесием и тайными связями. Постепенно я открываю глаза на новые факты прошлого, открываясь самой себе в борьбе за искупление....
— Маленькая, я все время думаю о лесе и надеюсь, что древние книги ошибаются. Я только нашел тебя и еще не насытился, не испытал счастья быть с истинной парой, конец света в мои планы не входит.
Я улыбнулась ему, жар драконьего тела горел внутри, вызывая желание, но я стойко держалась, как и Миртай. Когда я стала исчезать из его объятий, он легко коснулся моих губ:
— До завтра Анэ, и ничего не бойся.
Я дотронулась до своих губ и улыбнулась.
— Вот ты блаженная, — немного ревниво посмотрела на меня Ранима, потом нашла взглядом Игора и фыркнула.
— Я счастливая, а не блаженная, — сказала я белочке, — и тебе никто не мешает быть такой же.
— Вот еще, — Ранима тряхнула пушистыми ушками и демонстративно отвернулась от Игора, пронзающего ее горящим взглядом. Я кивнула в знак приветствия древлянину и пошла собираться. Сорок артефактов себя сами не отвезут.
Мы их упаковали в специальные ящики, которые нам сбили на лесопилке из тонких реечек. А еще каждый артефакт обложен сухим мхом и обернут в грубую бумагу.
Перед выездом позавтракали бутербродами и запили холодным взваром. Ничего, сейчас Ранима развернет свою кухню и будет нам горяченькое. Хорошо, что между рядами вполне широкая дорога, там и четыре наши повозки встанут, но минус, что все равно не хватает места, столько здесь посетителей.
Пока доехали до лавок, пока перетаскали ящики, устали. Тем более, ларь с продуктами был тяжеловат.
Я неприятно удивилась, когда увидела, что рядом с нашей лавкой разгружал свою телегу Райян.
Рядом хлопотала Ранима, возле нее, привлечённые запахами стали останавливаться первые покупатели, посматривали на светящуюся гирлянду и глазели, как работают артефакты. Ранима уверенно порхала по лавке, мясорубила нежнейший фарш, шинковала овощи, уже поставлено тесто на булочки, закипает ее любимый самовар. Сначала, белочка тряслась, как листик от волнения, но по мере того, как она увлекалась работой, к ней приходила уверенность в своих силах.
