В глубоких коридорах поместья Триани сквозь плеск воды из фонтана доносится голос усталого чародея. Его волосы и борода покрыты седыми оттенками, только кустистые брови сохраняют черный цвет, как уголь. Каждый шаг становится легче, но уверенность в себе — лишь смутная тень прошлого мастерства....
Так переживала, что за ним ушла, быстро-быстро.
— Значит тут дело в короле, — я вздохнула. Голос у меня был немного хриплым. — И что теперь делать?
Глава 13. О свиданиях и результатах
История с лечебницей поставила меня в тупик, и что делать я не имела ни малейшего понятия. Ведь для ее закрытия были использованы нехилые такие связи, а у меня с королем общение как-то с самого начала не задалось.
Так что я попила чаю с госпожой Ларим, тепло попрощалась с такой словоохотливой бабушкой и отправилась на встречу с Ирвином.
Жених обнаружился на площади у фонтана, обедал в летнем кафе за моим любимым столиком.
— Даша, ты обедать будешь? — я покачала головой. — А мороженое? С орешками?
— Нет, я объелась пряниками.
Пришлось подробно рассказывать все, что я узнала о нашем медицинском учреждении. Ирвин, также как и я, не мог ничего сделать.
— У нас и так непростая ситуация с Королевской Делегацией.
— Чего же? — я поддалась на его провокацию.
— Мы можем написать Его Величеству письмо с благодарностью за помощь в организации свадьбы.
— И что? В письме же можно написать все что угодно.
— А мы и не будем обращать внимание на письмо.
— Мгновенного ответа?
— Да, Танар умудрился достать это редкое заклятье у одного знакомого преподавателя. По старой дружбе. Но действует оно только три минуты после прочтения текста.
— А почему так мало?
— Я понятия не имею, может, чтобы не засветиться. А может, чтобы додумать остальное, ну или не услышать какие-нибудь пикантные подробности, — он засмеялся.
— Понятно, — я вздохнула. — У тебя красивый смех, — легко улыбнулась, — Ирвин, почему ты иногда ведешь себя как… ну…
— Как сосулька? — Ирвин склонил голову на бок.
— Да, как сосулька.
— Не знаю, Даша. Наверное, потому, что когда я был моложе, еще до окончания Академии, то уже стал графом, а меня никто не воспринимал всерьез. Когда я пришел в ратушу, чтобы принять дела, мой градоначальник потрепал меня по щеке.
