Про генерала Реннера я, к своему стыду, вовсе забыла, едва выйдя из комнаты.
***
ГЕНЕРАЛ АЛАН РЕННЕР
После того, как незваные гости покинули мою комнату, я еще некоторое время смотрел на приоткрытую дверь, выкрашенную белой облупившейся от времени краской.
А что сейчас случилось?
Это была Ивари? Точно? Та самая Ивари, которая два часа утром после пробуждения всегда посвящала красоте и сбить ее с этого режима не смогло бы, кажется, ничто в целом свете?
Это она сейчас, растрепанная, с рассыпавшимися по спине золотистыми волосами, сонная, со следом от подушки на щеке, прибежала ко мне в комнату, чтобы…
Ну, вряд ли меня спасать.
Но второй вариант казался еще более невероятным."
"Прибежала, потому что… беспокоилась за детей? Те выглядели… настолько неблагими, насколько это возможно. Трехлетка с загнутыми рогами и красными глазами и девчушка лет семи с ощипанными крыльями. ""Цирковые уродцы"" как они есть. Не мои слова, Ивари.
Да Ивари бы к ним на расстояние сотни шагов не подошла! Но я лично видел, как она их обоих гладила, успокаивала, а рогатую и вовсе взяла на руки.
От этой картины внутри что-то вздрагивало. Они казались невероятно… уязвимыми. Их хотелось защитить.
Нахмурившись, я поднялся с кровати и огляделся.
Что здесь происходит?
Еще и непонятный зов истинности... Это все очень, очень странно.
Нужно осмотреть особняк. А для начала найти одежду.
Глава 22
Оглядев комнату, я скривился. Мои костюм и рубашка, то, что от них осталось, лежали комом в углу, твердые от крови. Мда. Интересно, Ивари меня раздевала и мыла? И повязки она накладывала?
Вряд ли. Ивари если и умела что-то завязывать, то шарф.
Отложив вещи в сторону, я выпрямился и повел плечами. Раны все еще ныли, но уже начинали подживать.
Я огляделся. На подоконнике красовалась одна-единственная расческа, в шкафу — я беззастенчиво распахнул створку — пара платьев из грубой ткани.
Вряд ли это спальня Ивари, вероятно, дорогая бывшая женушка мне в очередной раз соврала. От дворецкого я знал, что после развода она прихватила весь свой гардероб и все украшения до последней сережки.
Мне было все равно — лишь бы убралась подальше. Тем более, я не питал особых надежд на то, что Ивари долго пробудет в монастыре: все-таки это не тюрьма, там намного проще найти лазейки, чтобы сбежать или откупиться. И, если у самой Ивари мозгов бы на такое не хватило, то уж ее нянька наверняка подсуетилась бы. Так что денег, которые можно было бы выручить от продажи платьев и драгоценностей, ей бы хватило на то, чтобы спокойно жить где-то подальше от меня и Вика.
Ну и где ее спальня? Зная Ивари, где-то здесь должна быть набитая роскошными вещами комната, потому что в такой, обшарпанной и похожей на сарай, она жить бы точно не стала.