— Ч-ч-что вы себе позволяете! — снова ожил мэр. — А ну задержите ее!
— Я вам что, один из ваших холуев в форме? Вы мной почему командуете?
— Я мэр!
— Насколько я помню, — вклинился Аб, — мэр обязан все решения, которые выносит вне своей компетенции, обсуждать с городским правлением в его полном составе — за исключением чрезвычайных ситуаций. Аресты и задержания к компетенции мэра не относятся.
— Это чрезвычайная ситуация! — брызгая слюной, рявкнула Долорес.
— Не вижу, чтобы кто-то находился в опасности. Значит, не чрезвычайная, — едко отпарировал Аб.
Пока мы переругивались, я не заметила стайку детей, которые подкрались вплотную к сцене. Купол мешал им пройти дальше, но мои дети тоже подкрались к ним ближе.
— А у тебя крылья настоящие? Ого! И летать можешь! А дай потрогать?
Девочка лет семи в зеленом платьице завороженно смотрела на Софи и тянулась к ее перьям. Софи вместо того, чтобы держаться подальше от людей, спрыгнула со сцены вниз и несмело протянула крыло к собеседнице, выходя за пределы купола.
— Ого, перья! Вау, у нее перья!
Софи была единственной, кто не горел желанием до сих пор появляться в городе: должно быть, слишком свежи были воспоминания о том, как она бродяжничала.
Но сейчас стайка детей облепила ее. Все наперебой пытались потрогать, спросить что-то или заговорить. Остальные дети тоже потянулись навстречу, и спустя несколько секунд под сценой уже толпилась разномастная ребятня, так что нельзя было точно отделить приютских от городских. Разве что Юджин в одиночестве возвышался над остальными, как каланча.
А, уже не в одиночестве. Моника приникла к его плечу, пока бакалейщик успокаивал разъяренную жену. Решительная эта Моника барышня. Вся в мать.
Гул и гвалт стояли невыносимые, и я решила: пора брать детей под мышку и уходить отсюда. И лучше бы создать еще один защитный купол, пока мы будем отступать. Интересно, смогу ли я сделать его таким, чтобы он перемещался одновременно с нами? Примерно как шар для хомяка?
Я шагнула к детям, и тут генерал Реннер схватил меня за руку.
— Иви не надо. Ты так долго ломала эту стену — не строй новые.
— Но вдруг…
— Спалю весь город.
— Что?
— Я имел в виду — даже будь они обычными детьми, ты бы не смогла уследить за всем.
Да, он был прав, но…
— Ого, ты в темноте видишь?! — удивился кто-то из городских малышей.
Я не поняла, к кому из моих детей это относилось. В темноте видели, как кошки, почти все.
— Мэр Освальд! — дрожащим тоном произнесла Фэнни, женщина с мышиными волосами. — Если вы прикажете арестовать этих людей, я буду вынуждена составить на вас жалобу! Это нарушает пункт пятый закона “О самоуправлении в городах!”
— Ты…
— Да о чем спор-то вообще? — выкрикнул кто-то из толпы.