Автор
Я стояла напротив загадочного мужчины, которого уже можно было узнать — но на самом деле передо мной стоял безжалостный зверь, готовый причинить мне невыносимую боль. После одной встречи с ним я едва не умерла. Меня вернули назад, но в душе оставалась бабушка и загадочная Альфа-самка — Василиса Игнатьев....
«И? Разве это плохо?»
Я вздохнула и честно призналась себе, что не знаю.
«Возможно, неплохо. Возможно, это на самом деле лучшее, что случалось в моей жизни... Но это слишком быстро».
И я была пока не готова думать обо всём... всерьез.
Вместо этого я решила заняться насущными делами. Мозг напомнил о том, что моему хотя и обнаженному, но всё равно человеческому телу, необходимы вполне человеческие вещи — сходить в туалет и принять душ...
Я вспомнила, что ванная здесь соседствует прямо со спальней — не надо выходить в коридор — и что Герман носил меня туда пару раз.
«Не оборотни, а кролики...» — подумала я, зажмурившись на секунду. Это вообще хорошо ещё, что в этот момент в доме были другие люди, а то бы мы спальней и ванной точно не ограничились.
Хмыкнув над самой собой, я открыла глаза и нашла взглядом дверь в ванную. Куда и направилась, не чувствуя при этом ни капли неудобства."
"В этом, кстати, тоже существовала какая-то новизна. Обычно, я довольно стеснительный человек.
И даже халатом, который висел на вешалке, после того, как приняла душ, не побрезговала. Возможно, ещё и потому, что халат пах Германом. Глупо брезговать вещью мужчины, который был во мне так глубоко.
«Наташка, ты авантюристка».
Поскольку расчески в ванной нигде не было (возможно, она лежала где-то в шкафчике, но ни шкафчик, ни ящики я не открывала — здесь уже проходила граница моей разнузданности), я расчесала волосы пальцами и кое как высушила их феном, который лежал на одной из полок.
Всё это время я осторожно прислушивалась к тому, что происходило в спальне — точнее, пыталась услышать, происходило ли там что-нибудь: вернулся ли туда обратно Герман или, может быть, одна из женщин, которые приносили нам еду ранее, стучится сейчас в нашу дверь, чтобы предложить подкрепиться.
Хоть что-нибудь.
Но ничего не происходило.
Мысли о еде всё больше занимали меня... мой живот казался необычайно плоским, и у меня уже давно сосало под ложечкой — даже вода, которую я выпила из под крана, никак не помогла унять это чувство. Дико хотелось есть...
Поэтому, когда я вернулась из ванной в спальню, это было первое, о чем я подумала — о еде.
