Автор
Я стояла напротив загадочного мужчины, которого уже можно было узнать — но на самом деле передо мной стоял безжалостный зверь, готовый причинить мне невыносимую боль. После одной встречи с ним я едва не умерла. Меня вернули назад, но в душе оставалась бабушка и загадочная Альфа-самка — Василиса Игнатьев....
Это был не просто жест моего неповиновения — это была наглядная демонстрация того, что я не остановлюсь.
— Ещё пока не признала, — кивнул Герман, продолжая внимательно меня при этом рассматривать. Рассматривать, как забавную зверушку. — Наташ, зачем ты всё усложняешь, а?
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
— Ты же знаешь, что я не отпущу тебя, — нарочито спокойно произнес Герман.
— Это спорный вопрос.
— Это даже не вопрос, — ровным тоном ответил Левицкий. — Я не отпущу тебя.
Так и не выпустив мои волосы из своего захвата, он наклонился ко мне.
Мне тогда показалось, что он хочет поцеловать меня, но Герман этого так и не сделал... вместо этого он остановил свои губы в миллиметре от моих.
— Я знаю твои мечты, Наташ, — ухмыльнулся Левицкий. — Я точно знаю, чего ты хочешь от этой жизни.
Его горячее дыхание практически мгновенно согрело мои замерзшие губы.
— Я могу дать тебе всё это, — продолжил меня испытывать Герман. — Могу дать тебе крепкую семью, о которой ты мечтаешь, надежный финансовый тыл … детей, наконец.
Он стоял, улыбаясь в мои потеплевшие от его дыхания губы, и ждал... ждал, что я сдамся.
Я чувствовала это... Нет — я откуда-то точно это знала, но всё равно продолжала молчать.
— Наташ, у меня много денег, — добавил Герман после долгой паузы, за которую я так и не издала ни единого звука. — Ты можешь жить ни в чем себе не отказывая.
— А за это ты хочешь, чтобы я продалась тебе? — спросила я, избегая в этот момент его прямого взгляда.
Впрочем, я уже и так видела, что глаза Германа снова поменяли цвет — что сейчас меня буравили в ожидании ответа привычные мне серые человеческие глаза.
И в этом тоже была проблема.
Его черные глаза меня дико испугали.
Золотые — желтые глаза оборотней — сильно нервировали.
Но я уже привыкла к его серым глазам... и потому мне трудно представить их владельца своим врагом.
Нет, я в тот момент хорошо понимала, что Герман для меня именно враг, ведь он хочет лишить меня свободы, хочет навязать мне свою волю, хочет, чтобы я навсегда осталась с ним в Мурманске.
— Хочет? — иронично приподнял бровь Герман. Ему снова было смешно. — Наташа, у тебя нет выбора... никакого выбора, кроме того, который я позволяю тебе иметь.
— То есть выбор без выбора? — уточнила я, думая, что Герман просто не слышит себя сейчас. — Герман, ты понимаешь, что ты говоришь? Ты даешь мне на выбор только один вариант — остаться здесь, с тобой.
