— О-о-оу, — благоговейно выдохнула девушка и, робко подойдя к ближайшему кусту, более-менее похожему на куст с её земель, осторожно коснулась листочка, да так неловко, что слегка порезалась об его край. — Ш-ш-ш, — зашипела она, облизывая тонкую ранку.
— До крови? — отбирая у неё ладонь, Томаш принялся разглядывать разрез на коже.
— Нет, ничего страшного… — Полина с досадой выдернула руку.
— Это эльфийский лес, а мы незваные гости, — сердито напомнил он ей, но недовольство родилось из-за того, что девушка отняла ладошку. Ему хотелось утешить, поцеловать ранку и уговорить вернуться.
— Я понимаю, — кивнула Полина, всем своим видом стараясь показать, что готова к любым трудностям. Она не будет обузой!
— Нет, не понимаете!
Поля обиженно посмотрела на него и едва удержалась, чтобы не заплакать. Ещё немножко и будут рыдания с жалкими попытками пролезть через барьер обратно и покаянием в своей самоуверенности.
— Каждая травинка будет норовить оплести нам ноги или поранить! Как долго вы продержитесь, если на вашем теле будет тысяча ранок? А ещё через каждую ранку вам могут вводить яд.
Томаш говорил истинную правду и по мере перечисления опасностей, его голос затихал, а взгляд становился всё более печальным. Полина поняла: они обречены здесь сгинуть и виновата только она.
— О, нет! — всхлипнула, не удержалась. — Вы пугаете меня? — увидев, что он подался утешать, окружить её собою, отпрыгнула.
«Дурак! Капелька сочувствия и я же вся обмякну!»
А вслух, собравшись с силами, упрекнула:
— Сказали бы раньше…
— Не успел. Я думал, что скажу вам это перед самой границей, чтобы, глядя на непроходимые заросли, до вас лучше дошло, в какую бессмысленную авантюру вы пытаетесь влезть!
— Надо было раньше. Я бы подготовилась, — воинственно воскликнула Полина, а обидевшему её кусту сунула в ветки кулон:
— А ты видишь, на кого лист заострил? Видишь? Предатель! — ругалась она, искусственно раззадоривая себя.
— Баронесса! — настороженно окликнул её Томаш.
— Что? — резко повернулась она, испугавшись, что уже кто-то нападает на них.
— Ветка сохнет.
— Какая?
— Вроде бы та, которой вы коснулись в первый раз.
— Признаться, я не помню, какая… — пробормотала Полина, но одна веточка действительно стремительно засыхала. — Ой, да ладно… я прощаю… только пусть другие ни-ни! — погрозила она кусту и успокоилась.
Голова немного закружилась, и от кулона повеяло прохладой. Это было приятно, так как на землях людей погода теплом не баловала, а здесь оказалось жарко и душно.