В узкой улочке дрожали суетливые тени, и одна из них обратился к молодой женщине — Полине. "Госпожа, вас сопроводить ко дворцу?" Но сердце Полины уже билось неуверенно, будто она случайно отравленная птица среди летящих ястребов. Она знала, что время идет к переходу, но мир вне воли её планов стал слишком странен: каждый шаг приводил к новым загадкам и ужасам....
— А как же мэллорн на Скальной гряде? Он не погибнет без твоей подпитки? Я понимаю, что теперь не до него, но жалко же…
— Полина, я хотел попросить дозволения поселиться на твоих землях своим эльфам. Им интересно посмотреть, как у вас устроен быт, увидеть корабли и, быть может, кто-то из них решится на более дальнее путешествие.
— Оу, конечно, я не против! Когда ждать? Летом?
— Нет, — Лилианэ хмыкнул и с гордостью пояснил: — Это рисковые ребята, и они хотят отправиться зимой.
— Они хоть видели снег? — насмешливо фыркнул Томаш.
— Через защитный купол, — с улыбкой ответил молодой Владыка, вспоминая свои эмоции, когда делал первые шаги по ледяной корке на стыке осени и зимы, когда ловил губами пушистый падающий снег, когда понял, что означает выражение «мороз кусает». Это удивительные воспоминания и их много, и он будет беречь каждое из них.
— Ясно, — вздохнула Полина. — Я пригляжу за ними, — уж она помнила настороженно-изумленный вид Лилианэ, изучающего багряные листья клёнов и обеспокоенного листопадом.
А уж сколько пришлось потратить сил, чтобы научить его правильно одеваться! Гордецу хотелось носить изысканную одежду, и он не понимал, чем чреват ветер при холодной погоде, не видел разницу между летним дождиком и осенним, пока не заработал насморк. А чего стоило зрелище, когда однажды рано утром мокрая земля покрылась коркой льда, и Лилианэ не сумел сделать ни шагу на разъезжающихся ногах. Дети поднимали его и вели в дом, как несмышлёныша.
Расставались долго.
"После разъяснений Лилианэ эльфы благоволили к Полине, а вот к Нэту относились неприязненно, но это и понятно. Потеря пленника не добавила Томашу вежливости и доброжелательного отношения к нелюдям.
Возле границы волшебного леса творилась паника. Защитный барьер опустился слишком неожиданно, и эльфы торопились восстановить охрану границ.
